«Распределили методистам в Ветку»
В ИТ Иван мог попасть еще раньше. После школы он год проучился на специальности «программное обеспечение информационных технологий» Гомельского университета. Но дальше не смог — профессионально занимался хоккеем, игры и тренировки выпадали на сессию. Парень забрал документы и перешел на факультет физической культуры.
«Я учился на бюджете, и меня распределили методистом в Ветку, — вспоминает Иван. — Зарплата там 100-150 долларов — далеко не сладкое место. И это еще не самый худший вариант был. Я начал искать альтернативу, и мне предложили пойти в милицию.
В Ветке не хотели меня отпускать. Рассказывали, как недолго на автобусе к ним каждый день ездить (это 10 километров от Гомеля). Мне нужно было 6 июля в учебку приезжать, а открепительное письмо я получил только 5-го».
Так парень стал участковым. Разбирался с алиментщиками, пьяными скандалистами, ходил с комиссией по проблемным семьям. Зарплата — от 1000 до 1300 рублей. Плюс иногда раз в квартал премия — рублей 350.
«Раз вы надели погоны, значит, должны голосовать за Лукашенко»
В 2020-м за полтора месяца до выборов милиционеров начали готовить к разгонам протестов.
«Каждую неделю собирались, отрабатывали построения, нас учили, как надо бить людей, как задерживать. И с идеологической точки зрения обрабатывали, говорили: раз вы надели погоны, значит, поддерживаете власть, должны голосовать за Лукашенко. Навязывали: если вы не согласны, снимайте форму и уходите.
На самом деле я сам не ожидал, что такое будет, для меня была шоком жестокость силовиков. Почему их так захлестнула ярость? Многие были рассержены, что не идут домой, а приходится протоколы составлять, задерживать.
Ребята, которые не умеют фильтровать информацию и сами по себе агрессивные, конечно, переступали порог. Но в Гомеле было все не так страшно, как в Минске».
В день выборов Ивана в белой рубашке отправили патрулировать парк. Городские власти не ожидали, что на улицы выйдет столько народа. После милиционеров перебросили на площадь Восстания, где собрались протестующие. Задержанных людей Иван вел в сторону автозака и отпускал.
«Делал это скрыто, Потому что если бы такое увидели, думаю, в СИЗО поехал бы в этот же день. Там хватали всех без разбора, поэтому я старался развернуть людей, убедить их не идти на площадь.
Я не видел, чтобы кто-то еще отпускал задержанных. Были те милиционеры, кто просто боялся, — что толпа их побьет. Поэтому они поневоле делали все в последний момент».
На следующий день Ивана оставили в РУВД, составлять протоколы на задержанных.
«10 августа для меня стало решающим — я увидел, что у сотрудников милиции снесло крышу, и надо с этим что-то делать. В РУВД люди на коленях стояли или лежали на животе. Наручников на всех не хватало. Никому не давали встать с пола, даже позы менять не разрешали. Я в тот день был сам не свой. Старался вмешиваться, ослаблять наручники.
Мы все поставили ВПН. Нашим главным источником информации был «Нехта». Руководители о ситуации в стране говорили сухо: там немного протестуют, но мы справляемся», — вспоминает парень.
«Из нашего отделения уволилось около 10 человек»
11 августа у участкового был выходной. А 12-го, когда нужно было выходить на работу, он выложил видеообращение: назвал Тихановскую президентом и попросил силовиков не применять оружие.
Через полчаса к нему приехали из милиции — хотели зайти поговорить, забрать жетон и удостоверение. Парень не стал открывать, сбросил все с балкона. А позже в тот же день вместе с женой Анастасией уехал в Украину.
«Что меня еще подтолкнуло записать видео: были единомышленники в РУВД, и я подумал, что по Беларуси таких хватает, кто просто боится сделать первый шаг. Конечно, немного не оправдались мои ожидания. Я думал, на сторону народа будут переходить в большем масштабе.
Из нашего отделения уволилось около 10 человек, насколько знаю. Это очень мало — у нас 250 сотрудников было. С некоторыми участковыми инспекторами я поддерживаю связь. Они ждут окончания контракта и будут уходить. У многих же денежные обязательства.
Например, за Академию МВД, если сразу увольняться, 45 тысяч белорусских рублей нужно будет выплачивать. Контрактные — семь тысяч. Если сумма за учебу уменьшается постепенно, то контрактные нет. Даже если в последний день уходишь, всю сумму вернуть надо. А деньги же обычно уже потратили — машину, телефон купили.
Внутренний климат в милиции такой, что в эту структуру я никогда не вернусь. Тебя унижают, оскорбляют на всех стадиях. Уважения друг к другу там нет. То, что говорят о милицейском братстве, — да чушь это. Разве сейчас немного сплотились, потому что поняли, что натворили, и им надо при этой власти как-то жить».
«По 8-10 часов тратил на обучение»
В Киеве Иван задумался о смене профессии, потому что еще во время работы в милиции ему нравилась видеосъемка и монтаж.
«Это было моим хобби, я присматривался к этому, потому что не собирался связывать свою жизнь дальше с милицией, — говорит Иван. — Еще когда только шел участковым, думал, там надо смотреть за правопорядком, защищать невиновных. А потом понял, что они не по такой системе работают: им нужны отчеты, статистика. Раньше я рассматривал вариант в адвокатуру пойти, но видим, как там сейчас всех душат и лишают лицензии».
Парень обратился к белорусской инициативе, которая помогает с трудоустройством. Получил ментора по моушн-дизайну и засел за учебу.
«Примерно через месяц я смог взять свой первый фриланс заказ. 150 долларов заплатили.
Чтобы прийти к такому результату, я каждый день без выходных проходил курс, — делится гомельчанин. — Для меня это было как работа — я по 8-10 часов тратил на обучение. Я был в Киеве почти месяц и города не видел. Максимум Крещатик, даже в Киево-Печерскую лавру не ходил.
Понимал: если сейчас не научусь, на что буду дальше жить? Я же с женой уехал, ответственность за двоих людей несу».
В сентябре 2020-го Иван переехал в Польшу. Говорит, ему тогда Украина не казалась безопасной, волновался, что в случае чего его могут выдать.
«Единственное, о чем жалею, что не ушел 9 августа»
Иван осел в Лодзи. Работает в компании, разрабатывающей игры. Занимается 2D и 3D-анимацией.
«Мне этот вид деятельности очень нравится. Я в отпуске скучаю по работе — такого в милиции никогда не было. Изучаю персонажную анимацию, хочу в «Дисней», «Пиксар» попасть.
Когда меня брали на работу, нанимателю понравилось, что я за два месяца достиг очень много. Я хорошо сделал тестовое задание для них — не поверили, что сам выполнял.
В ИТ-индустрии часто смотрят не столько на твои навыки владения программами (hard skills), сколько на soft skills — твое отношение к коллективу. У меня с этим проблем нет, я достаточно коммуникабельный, смог покорить нанимателя на собеседовании.
У меня на странице в LinkedIn было указано, что я работал в милиции и переучился. Меня по видео узнали. Возможно, это тоже роль сыграло при трудоустройстве».
Жена Анастасия раньше была преподавателем в музыкальной школе, работала там по распределению. Сейчас тоже в ИТ, переучилась на маркетингового художника.
«В другой фирме работает — мы конкуренты, — улыбается парень. — Нам повезло вдвоем устроиться в крутые белорусские компании».
Вместе они учатся в Варшавском университете на политологии. Поступали по программе Калиновского. Выбор специальности был простым — пошли на факультет, где готовы были взять их обоих.
«Многие, глядя на наш пример, неправильно оценивают усилия, которые нужно приложить для ИТ. Если человек думает, что по часу в день будет тратить на учебу и через несколько недель начнет брать заказы, то ошибается.
Из ребят, которые со мной учились по программе Калиновского, многие вдохновились моим примером, но пока ни у кого не получилось.
В индустрии платят хорошие деньги, но не за просто так. Нужно очень много усердствовать. Я за год кучу курсов дополнительных прошел и до сих пор учусь. ИТ как раз об этом — даже если тебя взяли на работу, нельзя останавливаться, надо повышать свой навык, ведь индустрия всегда меняется».
О расставании с милицейской формой Иван не жалеет.
«Единственное, о чем я жалею, что не сделал это 9 августа. Но до этого решения тоже надо было созреть. Когда те события происходили, я понимал, что с одной стороны служба, а с другой — коллеги неправильно действуют. Есть закон и человеческие нормы морали, которые нельзя переступать».
Каментары