Ксёндз из Логойска смог расшифровать письма, которые раскрывают историю знаменитой краеведческой работы графа Тышкевича о Беларуси и Литве
Сотрудники Логойского историко-краеведческого музея отыскали в архивах неизвестную переписку вдовы графа Константина Тышкевича. Чтобы прочитать документы, написанные запутанным почерком, потребовалась помощь местного католического священника. Найденные письма раскрыли, что фундаментальный труд «Вілія і яе берагі» мог не увидеть свет из-за аферистов.
Белорусский краевед Константин Тышкевич и его фундаментальный труд «Вілія і яе берагі», который не без труда был напечатан только после его смерти
Об истории пишет издание «Минская правда».
Братья Константин и Евстафий Тышкевичи — известные белорусские ученые и меценаты, создатели первого публичного музея в Логойске. В 1857 году Константин Тышкевич организовал масштабную научную экспедицию по реке Вилии, собрав уникальный этнографический материал о быте, песнях и обрядах местных крестьян.
Итогом этого путешествия стала рукопись книги «Вілія і яе берагі» (Wilja i jej brzegi). Однако при жизни автора работа так и не была напечатана. Граф умер в 1868 году, а книга неожиданно вышла в свет только через три года, в 1871-м, причем далеко от Беларуси — в немецком Дрездене. Для историков долгое время оставалось загадкой, каким образом удалось организовать это издание.
Константин Тышкевич с женой и сыном Оскаром в Дрездене, 1860‑е гг. Рисунок, сделанный по фотографии. Фото: Wikimedia Commons
Разгадка нашлась только сейчас. Как рассказала директор Логойского музея Светлана Гамезо, их сотрудники наткнулись в фондах Белорусского государственного архива-музея литературы и искусства (БГАМЛИ) на переписку жены графа, Паулины Тышкевич, с известным писателем и издателем Юзефом Игнатием Крашевским.
Сложный почерк и помощь костела
Найденный архив насчитывает около восьми десятков писем. Вся переписка велась на польском языке. И если женский почерк графини читался относительно легко, то с письмами Крашевского возникла проблема: его почерк напоминал медицинские рецепты, где все буквы сливались в одну сплошную линию.
Письмо Юзефа Крашевского, для прочтения почерка которого понадобилась помощь священника. Фото: Минская правда
Письмо Паулины Тышкевич к Юзефу Крашевскому, который помог издать труд ее мужа посмертно. Фото: Минская правда
К расшифровке исторических документов привлекли ксендза Павла из логойского костела святого Казимира. Именно он помог прочитать и перевести сложные тексты, которые раскрыли настоящий детективный сюжет из истории книгопечатания.
Спасти рукопись от афериста
Из переведенных писем выяснилось, что выход книги был под угрозой срыва из-за банального мошенничества. Первоначально Паулина Тышкевич передала рукопись, рисунки экспедиции и значительную сумму денег в качестве аванса некому издателю Бобровичу. Однако тот деньги взял, но своих обязательств не выполнил.
В своем письме от 13 сентября 1869 года, написанном из Логойска, графиня обращается за помощью к Юзефу Крашевскому. Она не была знакома с ним лично, но знала о его уважении к научной работе мужа. Она описывает свою проблему так:
«Уважаемый Господин! Хотя я не имею счастья знать уважаемого Господина лично, однако через Ваши произведения Вы мне более чем известны. Мой покойный муж представлял Вам эту книгу в Житомире. Он хотел познать наши краевые знаменитости. Он также работал на литературном поле… Он оставил после себя работу, описание своего путешествия по Вилии…»
А дальше Паулина Тышкевич объясняет неприятную ситуацию, которая сложилась вокруг работы ее мужа:
«По причине нечестности господина Бобровича, который, взяв значительные деньги заранее на издание произведения, не сдержал слово, мы едва смогли добыть рукопись и рисунки».
Заставка с видом Вильнюса, который стоит на Вилии, и языческим святилищем на рисунке Константина Тышкевича из книги «Wilja i jej brzegi» 1871 г.
Интересно, что оригинальный текст письма скрывает в себе еще одну важную историческую деталь, которую опустило государственное издание показывающею трагедию тогдашней белорусской аристократии.
Графиня признается Крашевскому, что очень боится попасть в руки еще одного такого Бобровича, так как их семейные финансы «истощены через непрекращающиеся контрибуции». Дело в том, что после подавления восстания 1863 года российские власти обложили местную католическую шляхту, которая не донесла им о повстанцах, огромными репрессивными налогами, и вдова буквально собирала последние средства, чтобы сохранить наследие мужа.
Иезуитский монастырь в Жодишках на рисунке Константина Тышкевича из книги «Wilja i jej brzegi» 1871 г.
Ответ Крашевского был очень эмоциональным. Издатель признался, что и сам дважды становился жертвой этого самого Бобровича, потеряв крупные суммы. Крашевский, который хорошо знал труды Константина Тышкевича, предложил вдове свои услуги владельца типографии. Он сразу предупредил, что прибыли с этого издания не будет, но пообещал сделать всё максимально дешево, аккуратно и «со всей деликатностью, которой требует память покойного».
Тупальщинский большой камень (сейчас недалеко от Селятичей Сморгонского района) на рисунке Константина Тышкевича из книги «Wilja i jej brzegi» 1871 г.
Благодаря этому союзу книга «Вилия и ее берега» все же увидела свет. Сегодня, спустя полтора столетия, она остается базовым трудом для белорусских этнографов. Современные краеведы до сих пор устраивают экспедиции точно по маршруту Константина Тышкевича, используя в качестве справочника книгу, которую удалось спасти и напечатать только благодаря упорству его жены.