Не следует воспринимать постепенность как слабость. Это единственный реальный шанс для Беларуси

В память об Александре Милинкевиче Зенон Позняк написал, что тот был «сторонником мягкой силы, постепенности и компромисса». Отметив добрые дела Милинкевича, такие как белорусский патриотизм, содействие образованию и культуре, его путь Позняк все же назвал противоречивым. Отбросив иллюзии, я считаю, что это единственный возможный путь для Беларуси, пишет в фейсбуке журналист Дмитрий Гурневич.

Александр Милинкевич. Фото пресс-службы Офиса Светланы Тихановской

Белорусская сила всегда была в дипломатии, находчивости и мудрости. И сам Позняк здесь отличный пример. Добиться независимости 25 августа 1991 года стало возможным не благодаря «вешанью коммунистов», а находчивости Белорусского Народного Фронта. Коммунистов не били в Овальном зале, а убеждали и просили, пользовались моментом их страха и растерянности.

В воспоминаниях Позняка есть эпизод, когда депутат БНФ Голубев оскорбил словом депутата-коммуниста Качана. Позняк мгновенно отправил Голубева просить прощения у Качана, потому что он знал, что без голосов коммунистов Верховный Совет, в котором их большинство, никакая Беларусь невозможна.

Александр Милинкевич был во власти всего 6 лет, с 1990 до 1996-го. У него есть много заслуг: и белорусские школы, и памятники архитектуры, названия улиц, католическая духовная семинария и многое другое. Сделать это можно было только благодаря компромиссам, постепенности и мягкой силе.

Все, что было толкового в Беларуси за последние десятки лет, делалось такими людьми внутри системы или убежденными белорусами, которым такие люди давали зеленый свет. Они были и будут, несмотря на любые чистки. И за таких людей нужно держать кулаки. Ведь именно благодаря им Беларусь дышит, пусть себе и благодаря искусственной вентиляции легких.

В советской Беларуси таких было очень мало, а в Украине много. И именно они там способствовали большему росту национального самосознания народа. Был ли этот путь противоречивым? Конечно. В это же время украинских диссидентов высылали в лагеря Сибири. А была ли альтернатива? Нет.

Жизнь сложнее, чем черно-белая шкала.

Если бы в Беларуси было больше национал-коммунистов, Зенону Позняку не пришлось бы в 1980‑е делать раскопки Доминиканского костела и консервировать его остатки или защищать Немигу от уничтожения. Они бы стояли на своих местах. В Литовской ССР так и было, поэтому замок в Тракае восстанавливали уже в 1960-е, когда Машеров приказал уничтожать минский старый город.

Белорусы — не про захват зданий и вооруженное сопротивление. Они про логику и холодный расчет. Осторожным людям постепенность всегда ближе.

Когда принималась Третья уставная Грамота БНР, люди спорили до утра. Луцкевич шел на компромиссы, потому что знал, что без них ничего не получится. Позняк в 1991‑м и последующие годы в ВС также был реалистом, потому и добился многого.

Александр Милинкевич не смог бы ничего без мягкой силы. Не следует воспринимать постепенность как слабость. Похоже, что это единственный реальный шанс для Беларуси.

Комментарии к статье