Владислав Ковалев жил еще два месяца после официальной даты его расстрела?
На 12-ю годовщину взрыва в минском метро «Киберпартизаны» поделились связанными с той трагедией документами, к которым им удалось получить доступ.
Во-первых, «Киберпартизаны» выставили электронную копию текста смертного приговора, вынесенного 30 ноября 2011 года обвиняемым в исполнении теракта Дмитрию Коновалову и Владиславу Ковалеву.
Но куда больший интерес вызывает то, что, как утверждают «Киберпартизаны», даты смерти обоих осужденных, фигурирующих в АИС «Паспорт», расходятся с официально объявленными властями.
Так, по системе АИС «Паспорт», Коновалов умер 14 марта 2012 года, а Ковалев — 15 мая 2012 года. В то же время официальная дата смерти обоих — 16 марта 2012 года.
Особенно интригует это в случае Владислава Ковалева, потому что дата расходится не на два дня, как у Коновалова, а аж на два месяца. К тому же зафиксированная в АИС «Паспорт» дата — не раньше, а позже официальной.
Если дело тут не в банальной ошибке, когда март перепутали с маем — это тоже, видимо, может быть, — то можно только делать предположения, ради чего такие манипуляции могли понадобиться властям. Сразу же приходит к голове ассоциация, что подобные подходы практиковались сталинскими энкавэдистами во время «Большого террора» 1930-х годов. Тогда, например, некоторых узников Минской «американки», официально расстрелянных, еще некоторое время держали живыми, выбивая из них новые показания и создавая специальные «особые корпуса».
Осужденные в «особом корпусе» знали о смертном приговоре себе, но им говорили, что они могут заслужить его пересмотр, могут сохранить жизнь, если помогут НКВД в разоблачении других «врагов народа». От них добивались показаний на максимальное количество людей. Им подсаживали узников, чтобы они их «раскручивали» на «признания». Заключенных били конвейером по 24 часа.
Якобы одним из таких узников был Бронислав Тарашкевич.
Зная, что силовики лукашенковского режима чувствуют себя духовными потомками бывших сталинских палачей, а их руководство лишено всяких моральных ориентиров, вполне можно было бы допустить, что практика предшественников могла бы ими быть принята на вооружение и в новых условиях.
Правда, возникает вопрос: ради каких практических целей такое нужно было бы делать с Владиславом Ковалевым? Какую информацию от него могли в принципе получить и зачем для этого были бы нужны такие подходы? Учитывая то, что никакими формальными сроками, в течение которых должна была быть исполнена казнь, силовики связаны не были, а никакого общественного контроля за их действиями в Беларуси не было и тогда — могли делать все, что хотели. Да и раскручивать то дело дальше, втягивая в воронку других людей, после не стали. Пока что на эти вопросы получить ответ вряд ли возможно. Можно констатировать только, что появляется еще одна загадка без гарантии, что когда-нибудь она будет разгадана.
Читайте также:
Комментарии
Тогда причина была не ясна,но сейчас понятно,что это дело рук Вовы.