Белорусский комик рассказал о стендапе перед отделом уголовного розыска и о том, как выглядит «президентская» гримерка
Стендап-комик и твиттер-юморист Михась Ильин в новом выпуске на канале «Ток» рассказал о выступлениях на корпоративах и разговоре с кагэбистом в гримерке.
Корпоративы: зарплаты и сюрпризы
Михась Ильин вспоминает, что его самый провальный стендап был перед сотрудниками отдела уголовного розыска Ленинского РОВД города Бреста.
«Я выступил там случайно. Меня срочно позвали выступить на корпоративе. Я приехал, и за пять минут до выхода на сцену мне говорят, что в зале сидят сотрудники уголовного розыска. Понятно, что можно было отказаться. Но я подумал, что, может, из этого выйдет какой-то перформанс. Я выйду, пошучу на свои темы, в том числе о Лукашенко».
Чем закончилось, Михаил не раскрыл — предлагает прийти на его стендап и услышать концовку.
Ильин отмечает, что за всю жизнь выступил приблизительно на пяти корпоративах. А последние полгода он выступает только на белорусском языке.
«Я понимаю, что этим я сознательно отрезал себя от таких возможностей заработка», — замечает стендап-комик.
По его словам, за вознаграждение от выступления на одном корпоративе можно оплатить стоимость аренды квартиры в Варшаве за половину месяца. «Это не те деньги, из-за которых можно отказаться от своей основной работы», — считает Ильин.
О разговорах с силовиками в гримерке
Ильин вспоминает о том, как в 2011 году после событий площади 19 декабря 2010 года, к нему приходил кагэбист.
«Я где-то на каком-то снимке засветился. И через месяца три после этого события он пришел ко мне на работу. Моя начальница попросила подойти в гримерку, которая официально называлась «президентской» (на ней так и было написано). Это обычная гримерка. Только диваны в ней более дорогие — кожаные.
Когда я туда зашел, то увидел мужчину, по которому все стало понятно. Там же сидела моя начальница. Это вызвало у меня улыбку, так как выглядело, будто мать вызывали к завучу».
Михаил вспоминает, что он не был напуган, так как срок привлечения к административной ответственности уже истек. Кроме этого он понимал, что его вряд ли будут вербовать, так как при разговоре присутствует начальница.
«Меня тоже повеселило то, что они сидели за столом, а стул для меня поставили отдельно, посередине помещения. Я знал эти приколы, так как еще молодофронтовцем участвовал во всяких тренингах «Гражданин и следствие», которые делал правозащитник Устинов.
Он рассказал, как работают силовики. Что один из приемов, это поставить стул где-то посередине комнаты. А они будут сидеть за столоим и наблюдать за твоей невербальной реакцией. И чтобы тебе было неудобно, чтобы иметь психологическое превосходство над тобою», — рассказывает Ильин.
Стендап-комик отмечает, что был удивлен, что встреча соответствует тому, что ему рассказывали на тренингах, что все правда, «как по методичке». Михась взял стул и присел к столу.
«Был странный разговор. Мне показали распечатку фотоснимка очень плохого качества. Я подумал, какой бедный брестский КГБ. Потом был разговор вроде «ну зачем вам это нужно, не занимайтесь этим, Михаил Александрович». Хотя на тот момент я для себя решил, что выборы прошли и я со всей змагарской деятельностью завязываю и переключаюсь на работу»,
— вспоминает Ильин и отмечает, что в то время он учился на журфаке и уже сотрудничал с некоторыми медиа.
«Я понимал, что буду работать в журналистике, которая со «змагарством» не совмещается. Но для меня было принципиальным не соглашаться с тем, что он говорит. Например, буду ли я себя хорошо вести. Я считал, что это может меня как-то дискредитировать. Может, напишут, что я с ним устно заключил какой-то договор. Я ответил что-то вроде «я вас услышал». И на этом разговор закончился», — вспоминает Михась.
Ильин отмечает, что был очень удивлен, что на такую мелочь человек тратит свое время.
Смотрите полностью:
Комментарии