Татьяна Северинец, мать политика, рассказала «Народной Воле» о последних новостях от сына, осужденного на семь лет колонии.
21 июня 2023 года в Шклове состоялся процесс по замене Северинцу режима содержания. Суд постановил перевести политика в тюрьму сроком на три года, его перевели в гродненскую тюрьму.
— Уже пришли вести от сына из тюрьмы в Гродно, — говорит Татьяна Северинец. — При этом сначала сразу три письма получила, после чего больше недели ничего не было. Затем сразу семь писем дошли до меня, и через время еще одно дошло. Я записываю номера открыток, поэтому вижу, что объявились даже те письма, которые считались пропавшими.
Еще меня удивило, что на одном письме сын указывает один номер камеры в Гродненской тюрьме, на втором — другой, на третьем — третий. Не знаю, что там происходит, возможно, сына перебрасывают из камеры в камеру. Сначала же был карантин, а затем переводили в отряд.
Я, кстати, когда присылаю сыну письма, то обязательно вместе с чистыми конвертами и листами, так как у Павла пока нет возможности там что-то покупать.
— Сейчас он находится на строгом режиме?
— Да, и это влияет на передачи, бандероли и прочее. Возможно, стоит готовиться к худшему, хотя, насколько мне известно, право на какие-то мизерные передачи имеют заключенные даже на тюремном режиме.
Однако Паша держится, всем привет передает. Все понимает — и все знает. А, если о чем-то и не знает, то догадывается, как оно должно быть. Сын — человек очень образованный.
— Что еще Павел пишет в письмах?
— Сообщает коротко: «Слава Богу, у меня все хорошо». Естественно, что никакие подробности своего пребывания в тюрьме не может написать, цензура это просто не пропустит на свободу. Об этом стало понятно уже давно.
Например, когда я была на краткосрочной встрече с сыном в колонии, то спросила у него: «Детонька, расскажи, как ты здесь?» В ответ Паша только помотал в стороны головой, мол, нельзя об этом.
— Раньше Павел постоянно присылал из колонии рисунки — и для вас, и для своего сына. А в тюрьме есть ли возможность рисовать?
— И из тюрьмы рисунки присылает — что-то сыну Франциску, портрет племянницы нарисовал… Его увлечение остается при нем, независимо от того, где отбывает наказание. Кстати, если посмотреть на карту тех мест в Беларуси, где сидел Павел, то получается крест. А сидел он с севера на юг, и с востока на Запад. Вот такой особый крест, который сын несет всю свою жизнь.
Сейчас читают
«Я стал счастливым». Работа на стройке приносит хорошие деньги, а общественная активность — моральную силу. Бывший калиновец Кусь рассказал о том, как вернул внутреннее равновесие1313
Комментарии
і завушніцы