«Читала, что ваши парни — супермены». Белорус улетел в Индонезию и познакомился там с женой

«Всегда хотел пожить среди местного населения»

В последние годы Валерий живет на Бали — самом популярном среди туристов острове Индонезии. До этого он долго жил и работал в Беларуси, но в какой-то момент решился на перемены, поменяв кабинетную рутину на собственное дело: открыл в Минске хостел. Такой формат дал ему возможность вести бизнес удаленно и не быть привязанным к одному месту.

— В 2017 году моя жизнь кардинально изменилась. Был первый брак, но после смены работы мы развелись. Я начал бегать, стал питаться исключительно овощами, фруктами и буквально за пару месяцев похудел на 15 килограммов. Мне стал близок минимализм, и я попрощался с ненужными вещами, уместив оставшееся в четырех пакетах.

Павялічыць

Потом на несколько месяцев уехал в Европу, а когда вернулся, стал целенаправленно искать место под хостел: тема туризма всегда была близка мне. В 2019 году я его открыл. Бизнес пошел. Я уделял работе столько времени, сколько она требовала, и мне не нужно было находиться в офисе.

Так что смена образа жизни, бег, минимализм и занятие любимой работой, которая начала приносить моральное удовлетворение, дали мне возможность почувствовать себя свободным.

Валерий рассказывает, что всегда хотел пожить на курорте, но никогда не рассматривал для этого Индонезию. Когда-то он уже отдыхал там, и ему не очень понравилось. Но в 2021 году из-за COVID-19 вариантов было немного, и он рванул на Бали.

Павялічыць

— И остров меня как-то затянул. К тому моменту многое в моей жизни изменилось, и я посмотрел на Бали иначе. Не на чистоту и наличие салфеток в ресторанах, присутствие которых не делает меня счастливым, а на другое: например, на атмосферу, на приветливых людей, которые всегда тебе улыбаются и с реальным интересом спрашивают, куда ты идешь и для чего. Поначалу я не понимал, насколько это искренне, а потом осознал: людям реально интересно, и они здесь очень дружелюбны, — говорит Валерий. —

Изначально я жил в Чангу. Это сейчас он перенаселен иностранцами и застроен коттеджами, а тогда был еще тихим и спокойным районом. Люди живут своими комьюнити. И я, если честно, этого немного не понимал.

Мне всегда казалось: если хочешь что-то поменять, зачем приезжать в другое место и создавать ту же атмосферу, что была у тебя прежде? А в Чангу можно даже найти объявления вроде «Наша вилла огорожена, и на территории нет местных жителей». Кто-то считает, что это классно. Но что здесь классного?

Я пожил в разных местах. На третий месяц я задал себе вопрос: приживусь я здесь или нет? Сепарироваться от местных я не хотел, но как интегрироваться и на каких интересах сойтись?

И за счет поездок у меня появились друзья. С одним мы сошлись на любви к кофе, и я инвестировал деньги в бизнес, купив ростер. Он, в свою очередь, помогает в решении различных вопросов.

Я до сих пор общаюсь с владелицей небольшого отеля, у которой когда-то жил. Она с благодарностью вспоминает, что в ковид, выбрав ее отель, я тем самым поддержал ее. Еще месяц, и ей бы не хватило денег, чтобы его содержать.

Сейчас я снимаю дом между городом Сингараджа и популярным пляжем Ловина, рядом с которым люди плавают с дельфинами. Живу среди локалов, и это круто.

Я перехожу дорогу, а там знакомая продает креветки и кальмары, которых сегодня наловил ее муж. У них за $2 можно купить здорового сибаса! Таких ценников на рынках, где гуляют туристы, не найдешь.

Павялічыць

«Жители Бали боятся кого-нибудь обидеть»

Местных жителей Бали Валерий описывает как очень приветливых и доброжелательных людей. По его словам, одним из самых плохих поступков здесь считается задеть или обидеть другого человека.

— Они очень сглаживают углы. В этом плане индонезийцы неэмоциональные люди. Бывали случаи, когда кто-то вел себя неадекватно, но человек абсолютно спокойно реагировал на это: мол, ничего страшного, — рассказывает собеседник. —

На Бали, как и везде, есть свои стереотипы. Если видят мусор на побережье, говорят, что он обязательно приплыл к ним с соседнего острова Ява. Если у кого-то что-то украли, то это тоже сделал яванец.

Корни этого стереотипа лежат в далеком прошлом. Жители Бали сами когда-то жили на Яве, но по определенным причинам им пришлось покинуть остров и переселиться на Бали. И, честно говоря, я тоже сначала думал, что на Яве опасно. Но все абсолютно не так. Там хорошо, там тоже живут классные и открытые люди, и в целом криминала мало.

Как отдыхают балийцы? Они индуисты, очень религиозны, поэтому даже отдыхают на религиозных церемониях. Собираются своей компанией вечером в храме и обсуждают какие-то вопросы. Путешествие для них — это поездка из одного храма в другой, где будет проходить какая-то церемония. Для балийцев религия — это ощутимая часть жизни, и на нее они тратят очень много времени.

— Как считаете, вы сумели интегрироваться в местное общество? Или все равно воспринимаете себя туристом?

— Поскольку ты белый, для индонезийцев ты все равно останешься приезжим. И если заезжаешь в глубинку, на тебя все равно смотрят как на туриста. Но подчеркну: это исключительно доброжелательное восприятие. Местным интересно поговорить с тобой, сделать фотографию на память. Приезжая в Индонезию, ты почувствуешь себя звездой. Тебе будет оказано очень много внимания.

Об отношениях с женой-индонезийкой: «Мы добавили щепотку чили в драники»

Добрую часть разговора Фемми — жена Валерия — пила лимонад и смотрела в телефон. Но как только мы заговорили о личной жизни, девушка оживилась.

Павялічыць

Как рассказывает Валерий, европейцы в Индонезии живут давно. Страна долгое время была колонией Нидерландов, на островах проживают индосы (нидерландские индонезийцы), и к смешанным бракам там относятся спокойно.

— Но вот брак между славянином и индонезийцем — это что-то редкое, новое, — говорит Валерий. — Мы познакомились в августе 2022-го. Я в тот вечер приехал на пляж Дримленд. Красота, все фотографируют закат, а Фемми в этот момент снимает цветы в лучах заходящего солнца. Мне стало интересно. Мы разговорились, обменялись контактами в Instagram. Дальше лайки, какие-то комментарии… Мы полгода пробыли на связи, а потом решили встретиться. Так все и закрутилось.

Павялічыць

— Фемми, а как вы запомнили тот момент? — спрашивают у девушки.

— Когда я фотографировала, в уголке камеры увидела парня. Мы разговорились. Как я отнеслась к тому, что он ко мне подошел? Это Индонезия! Там люди даже с незнакомцами помногу общаются на разные темы: откуда ты, чем занимаешься, как зовут и кто твои родители. Для нас это обычное дело. В общении между туристами и местными тоже нет ничего необычного.

К тому моменту Фемми получила высшее образование в университете в городе Маланг. После карантина она приехала на Бали и работала онлайн в маркетинговом агентстве.

Отношения с Валерием не строились быстро. Девушка рассказывает, что ей вместе с Валерием стало интересно, и со временем дружба переросла в отношения. Фемми говорит, что разница культур и менталитетов сложностью не стала: образование и опыт Валерия, наоборот, помогли в отношениях.

Родители, к слову, выбор дочери поддержали. В июле пара расписалась.

— Все было просто: мы добавили щепотку чили в драники. И это реально хорошо, — смеется белорус.

Павялічыць

— Свадьба в Индонезии не стала для вас бумажной волокитой?

— Нет. Тебе нужен паспорт и свидетельство о рождении. Его, правда, необходимо было перевести на индонезийский, но это тоже решаемо. Ну и еще нужна была справка об отсутствии препятствий к вступлению в брак.

Поскольку Фемми мусульманка, мне тоже пришлось принять ислам, и только так я смог взять ее в жены. Я спрашивал, может ли она принять христианство, но услышал: «Это невозможно», — и пошел ей навстречу.

Поскольку общество мусульманское, религиозный свадебный обряд имеет большее значение, нежели гражданские процедуры. Поэтому религиозная церемония была в украшенном и подготовленном под свадьбу в ресторане.

Как все прошло? Мне нужно было произнести некоторые слова, и на этом все. Росписи никуда не ставишь. Правда, все слова нужно было произнести очень бегло, на одном дыхании. Если запнешься, брак не состоится. Среди прочего там есть слова о том, что я полностью выплатил выкуп за невесту родителям: это деньги для поддержки жены на случай какого-то несчастного случая.

Но священник, проводивший обряд, все понимал. Он поддержал меня, поэтому разрешил потренироваться. Все прошло нормально. Но я реально ощущал, что гости, ожидавшие моих слов, были в напряжении. И как только я произнес их, они выдохнули. А государственный обряд прошел просто в гостинице, в зале для конференций.

Я расскажу один момент, который опишет индонезийскую взаимовыручку. Сотрудники местного аналога нашего загса вообще не понимали, кто такие белорусы. Из-за этого были некоторые вопросы с документами. И чтобы правильно все заполнить, сотрудник с компьютером пришел вечером к нам домой. Штамп нам, кстати, не поставили, просто выдали два экземпляра свидетельства о регистрации брака.

Традиционная свадьба в Индонезии — это три дня и сотни гостей. Правда, в нашем случае все было гораздо скромнее.

— Торжество устраивали вы?

— Нет, моя жена. Она не захотела брать с меня ни копейки. В Индонезии вообще принято, чтобы свадьбу организовывали родители жены, однако Фемми в нашем случае взяла все траты на себя. Моя ответственность — по содержанию семьи — началась уже после свадьбы.

В Минске мне понравились антикварные магазины

— Фемми, а что вы знали о Беларуси до вашего визита в нашу страну?

— Я читала о политике, знала о том, что Беларусь долго была в составе Советского Союза, что у вас любят картошку и сметану. А еще до отношений с Лео я как-то решила почитать что-нибудь о белорусских парнях и наткнулась на статью в интернете о том, что белорусские парни — настоящие супермены.

— Я думаю, что это о взаимовыручке и желании помочь, — с улыбкой говорит Валерий.

— Для меня в Беларуси все уникально, поскольку различия между нашими странами существенны: это и погода, и люди, — продолжает девушка. — Я впечатлена архитектурой, так как у нас не так много сохранившихся исторических зданий. А еще я люблю антикварные магазины. У вас их много, и я в них просто пропадаю.

— А как бы вы могли охарактеризовать белорусов?

— Я общалась лишь с близкими мужа, но они были очень добры и приветливы ко мне. А что касается незнакомцев, мне сложно сказать что-то про них. Но они показались мне не такими холодными, как в Казахстане, где мы были до Беларуси.

— А как делят обязанности в белорусско-индонезийской семье? Кто, к примеру, готовит?

— Фемми нравится готовить. Из понятного нам она делает сырники. Откуда там творог? На острове Ява есть коровы, и у индонезийцев популярны молочные бары, где люди по вечерам пьют молоко с различными добавками, курят и общаются. Но жирность молока там — 12%. Для белорусов это как сливки.

«За один забег в горах можно увидеть столько же, сколько не увидишь за год прогулок или восхождений»

Сейчас Валерий вместе с Фемми живут на западном побережье Бали и связывают свое будущее с Индонезией. Он удаленно ведет бизнес, подключил к делу жену и активно занимается бегом.

Хобби, начавшееся еще в Минске, стало важной частью его жизни. Белорус участвует в ультратрейлах — забегах по пересеченной местности (например, в горах) на сверхдлинные дистанции, которые превышают классический марафон (42,195 километра) и чаще составляют более 100 километров. На его счету около десяти официальных стартов и уже один подиум.

Павялічыць

— Я жил в холмистой местности, там никто не бегает, но для меня это стало своеобразной тренировкой. А когда переехал жить на север Бали, подумал: «Что я тут буду делать? Холмов же нет». Зато есть горы, бег в которых мне казался чем-то сумасшедшим.

Но я решился пробежать 50 километров от города Сингараджа до западного побережья Бали — это почти на 8 километров больше марафонской дистанции. Было много страхов, мол, эта дистанция может сказаться на здоровье, но я побежал и чувствовал себя нормально. Через две недели я пробежал 55 километров в горы с набором высоты 1600 метров.

Вскоре мы отправились в путешествие во Вьетнам. Мы ездили по разным регионам, и везде нас встречали различные забеги. Мой первый официальный забег — полумарафон — состоялся на острове Катба. Я бежал его в свое удовольствие и финишировал седьмым. А вернувшись, я познакомился с комьюнити Bali Trail Running — ребятами, которые бегают по острову.

В 2024 году я пробежал дистанцию в 36 километров Ринджани. После этого я понял, что за счет трейла в горах можно увидеть столько красоты, сколько человек сможет увидеть за год прогулок или восхождений.

— А сколько человек участвует в таких тяжелых забегах?

— Сто-двести бегунов. На такие дистанции допускают лишь тех, кто уже пробегал подобные забеги. Если сошел с дистанции в марафоне, тебе кто-то поможет или ты сам доберешься туда, куда тебе нужно. А если ты застрял в горах, что с тобой делать?

Бежим мы по GPS, трассы пустые, рядом никого нет — только еда на точках, куда ее для бегунов доставляют организаторы. Поэтому участвуют люди с опытом и допускают не всех.

В этом году бежал сотку Риджани с набором высоты 9 километров. Я пришел седьмым среди всех и пятым среди мужчин. Вся дистанция заняла 32 часа 28 минут. Без сна, я просто бежал и шел.

За это время бегуну нужна разнообразная еда. Твой желудок просто перестанет работать. На специальных станциях спасают бананы, арбузы, горячее питание и то, что берешь с собой.

Павялічыць

Павялічыць

Павялічыць

Павялічыць

На достигнутом Валерий останавливаться не собирается: в будущем планирует новые забеги, активно рассказывает о беге в соцсетях и рассчитывает найти поддержку у нашего Министерства спорта.

— Я не думаю, что многие белорусы могут бежать 170 километров с набором высоты. Это сложно. Но я могу, и у меня уже есть призовые места. Было бы здорово поработать с Министерством спорта.

Какой взнос? $100—150. Поэтому много не набегаешься, нужна поддержка. За победу в таких забегах дают $300. Так что это скорее спорт для фанатов, а не ради охоты за деньгами, — откровенно говорит Валерий. —

А в целом мне нравится Индонезия, и мы планируем жить там постоянно. Возможно, если будут дети, переедем в Маланг: там проще получить образование. Однако пока я не хочу привязываться к конкретному месту в стране, мне нравится путешествовать.

Павялічыць

• 10
• 0
• 1
• 3
• 1
• 1
• 0
• 1