Что происходило за решеткой с задержанными по делу о подрыве российского самолета А-50 в Мачулищах

Переводчик и бывший политзаключенный Сергей Павловицкий рассказал «Нашай Ніве», как за решеткой познакомился с некоторыми фигурантами дела о подрыве российского самолета А-50 на аэродроме в Мачулищах.

В СИЗО КГБ Сергей встретил украинца Николая Швеца — официальные органы его называли исполнителем той диверсии:

«Привели парня, он назвал себя — говорит, Микола. Слово за слово, и он сказал, по какому поводу он там — мол, я же самолет их подорвал.

[…] Микола не считал себя террористом, он называл себя диверсантом. Говорил, что он агент службы безопасности Украины и что был подготовлен, чтобы совершить этот поступок против техники врага. Не помню, чтобы он выражал особую враждебность против Беларуси. Он просто считал свои действия абсолютно законными [в условиях, когда на Украину напали]».

Павловицкий замечает, что Швец в рассказах о диверсии никогда не упоминал других людей. Говорил обо всем в единственном числе — мол, я приехал в Беларусь, устроился на работу, достал дрон и запустил его. Когда украинца переводили из СИЗО КГБ летом 2024-го, он еще не знал, что его освободят, но надеялся на это:

«Последние месяцы он жил ожиданием, что его заберут свои. Когда он отъезжал, это могло быть что угодно — перевод в другую камеру, другое учреждение. Мы ему собрали торбу надлежащим образом, положили сала и колбасы, так что поехал не голодный, не должен на нас обижаться».

Передач у Швеца не было — просто не было людей, которые могли бы их передать. Николай просил передать письмо украинскому послу, но вместо этого ему предлагали беседу с пропагандистами: мол, скажешь напрямую в камеру для Зеленского или Буданова. На это уже не соглашался сам Швец.

В другой камере Сергей познакомился с еще одним фигурантом того дела, Андреем Степурко:

«В момент знакомства Андрей сразу сказал — мол, прости, но я о себе ничего рассказывать не буду. Когда его куда-то забрали из камеры, мне рассказали, что у парня не все просто, он завязан в каких-то террористических делах, а в каких, никто особо не знал. Были предположения, что может он связан с пейнтболистами.

Потом он рассказал, что ему насыпали горсть статей. Все время его вызывали на допросы, и однажды он вернулся какой-то довольный — мы так поняли, что ему что-то из тех статей скинули».

Павялічыць

Когда Швеца освободили и отправили в Украину, Степурко жил надеждой на то, что дело развалится — мол, какое дело о терроризме без главного «террориста»? Но закончилось тем, что фигурантов того дела перевели из СИЗО КГБ в СИЗО №1, где они и находились до суда. По данным правозащитников, сейчас Андрей Степурко отбывает срок в новополоцкой колонии №1.

Во время этапирования Павловицкий встретил Дениса Соколова — этот фигурант дела Мачулищ также отбывает сейчас срок:

«Денис — человек оптимистичный, решительный, напористый, очень инициативный. Он настоящий предприниматель, у него в голове постоянно рождаются какие-то бизнес-планы.

Павялічыць

Были там и хорошо разработанные планы, например, строительство умного дома. Денис точно знал, какое оборудование там будет стоять, где будут находиться датчики».

Насколько известно, Степурко дали около 6 лет колонии, Соколову — 13. Швец был помилован, его отдали Украине.

Напомним, утром 26 февраля 2023 года на аэродроме Мачулищи произошли взрывы возле ценного российского самолета дальней разведки ДРЛО А-50, он был подорван в двух местах. Он использовался для наведения российских ракет на цели в Украине. Потом самолет отправили на ремонт на 325‑й авиационный ремонтный завод, входящий в состав Таганрогского авиационного научно-технического комплекса имени Бериева в России.

По этому делу осудили 12 человек. Николаю Швецу дали 25 лет лишения свободы, другим «соучастникам» — от 15 до 25 лет лишения свободы, а «другим обвиняемым по делу» — от 2 лет 3 месяцев до 15 лет. Конкретные приговоры каждому из обвиняемых, кроме Швеца, не назывались.

• 9
• 0
• 0
• 2
• 2
• 6
• 6
• 2