Адам Глобус: Мы должны культивировать столичность. Провинциальности, деревенскости у нас достаточно

В подкасте Natatnik Адам Глобус утверждает:

«Белорусам не хватает столичности. И нас упрекают все время, что у нас не хватает столичности. И мы должны культивировать столичность. Провинциальности, деревенскости у нас хватает. А вот столичности, аристократизма у нас не хватает», —

Развивая свою мысль, Глобус подчеркивает, что при формировании «столичности» необходимо создать ее выразительный символический «пик». Как считает писатель, если в США таким центром является Белый дом, а в России — Кремль, то в Беларуси пока подобного символа нет. На взгляд Глобуса, страна все еще находится в процессе самоидентификации.

Как отмечает Глобус, столичный большой город выполняет важную социальную функцию — он ставит на место любого надменного провинциала:

«В Минске ты попадаешь в метро, и ты просто одна рыбка из тысяч. Тебя ставит на место метро, эти пассажиропотоки. (…) Ты нормальный, обычный человек. Но столичный. Ты должен быстрее двигаться, быстрее говорить, быстрее думать».

Писатель упоминает, что во времена его молодости существовал термин «безвизовый», которым называли не только провинциала, переехавшего в столицу, но и тех, кто из микрорайона приезжал в центр города.

Павялічыць

Управление через провинцию

Еще один тезис, который озвучил писатель в подкасте, заключается в том, что «пик» столицы должен быть отдан провинции:

«Столичные люди не знают, что творится в Дрогичине. А Дрогичин прекрасно знает, что творится в столице. И поэтому, например, пик должен быть всегда отдан одной из провинций, чтобы контролировать весь периметр».

Как объясняет писатель, подобный подход давно практикуется у других:

«Это имперская структура. Например, в Китае отработано, что всегда дворец президента принадлежит одной из провинций».

На замечание о том, что даже если отдать руководящий «пик» провинциалам, «столичные» все равно будут чувствовать себя главными, Глобус уточняет свою мысль:

«Мы не главные. Мы просто столичность. Столичность как ценность. Например, Минск — это ценность. А когда к Минску добавляется, например, столичность — он делается более ценным. Это о добавлении. Если мы Полесью дадим автономию, оно будет еще более ценным».

Позже в разговоре он уточнил: «Я родился в Койданово, поэтому я прекрасно знаю, что такое провинция. Мои дед с бабкой — дед Володя и баба Броня — из деревни. Поэтому я страшно не люблю, когда кто-то унижает деревенских людей (…) Я сам пас коров. И этим горжусь». Однако при этом, по словам писателя, он безусловно считает себя столичным человеком.

Почему не «задышало» Полесье

Вспоминая свое прошлое увлечение идеями полесской автономии, Глобус анализирует, почему это движение не имело успеха. По словам писателя, хотя в свое время и был реализован ряд проектов, направленных на популяризацию языка и культуры Полесья, этого оказалось недостаточно. Как он считает, проекту не хватило поэтического таланта.

«Тут самое главное — это дыхание. Вот у Богушевича «Эх, скручу я дудку» — это начинает дышать белорусский язык. Появляется поэт — и появляется дыхание. Он набирает полной грудью и, вот как дитя, начинает дышать.

А в полесском проекте каждый раз я слушаю и хочу услышать вот это дыхание. И каждый раз нет поэтического дыхания. (…) Мы знаем все диалектные словари. Но должен быть поэт. И поэтому мы ждали, мы тогда надеялись».

В качестве примера Адам Глобус упоминает, что когда-то Игорь Шкляревский предлагал поэту Леониду Дранько-Майсюку, который родом из Полесья, взять символический псевдоним «Паляшук». Однако тот на такое предложение не согласился.

• 5
• 6
• 2
• 12
• 0
• 0
• 0
• 0