«Большая часть сидит честно, но тихо». Павел Виноградов о политзаключенных, имена которых неизвестны

«Вот выходят медийные политические селебрити, рассказывают через что они прошли и что с ними приключалось. Получают сочувствие, респекты, аплодисменты. Их приглашают всюду, жмут руки и наполняют бокалы божественной амброзией восхищения.

Я тоже к этому чуть прикоснулся, и я знал, что так будет.

Оно и понятно: если сидишь как представитель медиа, то про тебя по-любому будут писать, даже если все, что с тобой происходит — это «похудел на 10 кг».

Частично понимание того, что после тюрьмы к тебе будут прикованы тысячи взглядов, и давало мотивацию держаться как можно более достойно. Потому что знал, что будут спрашивать: «Паулик, ну как прошло?» И на этот вопрос гораздо приятней прорычать что-то типа: «Да вертел я их всех на вертеле!», чем мямлить про признание вины, помилование, сотрудничество с администрацией и «мы выживали как могли».

Поэтому чую, что необходимость что-то внятно говорить после выхода некисло так мотивирует держать булки плотно сжатыми не только меня, но и большую часть тех, чьи фамилии появляются в новостях.

А что, если нет у тебя никакой медийности? А что, если про твое существование знают только твои родные? Ты там как вообще, братишка (сестричка)?

Таких, конечно, большинство. В основном — хорошие ребята. Про каждого можно написать рассказ с пафосным названием «Как Имярек попал в жернова кровавой диктатуры и сумел сохранить себя» или типа того.

Большая часть сидит честно, но тихо. Потому что все в курсе: привлек внимание — собирайся в изолятор (это как минимум). Но есть среди них ребята, глядя на которых диву даешься и думаешь: «Да где ж ты силы берешь на все это?»

Потому что никто не будет разгружать у тебя под интернет-постами фуры лайков. Потому что ты объективно не сильно интересен для СМИ. Потому что с тобой не будут встречаться ни Папа Римский, ни президент Польши.

Тебя, конечно, не бросят и будут помогать буквально во всем после освобождения, но ты-то об этом не знаешь!

А сидят они в изоляторах не меньше других Дедков, Северинцев и Виноградовых. У них тоже нет звонков, свиданий, передач и писем. Им тоже холодно. Им тоже голодно. Им тоже страшно.

Большинство из них до 2020 года слыхали за политику только маленьким краешком левого уха. Им не нужны гранты, пафосные приемы в посольствах, эфиры в СМИ и все, что может потеребить эго такого тщеславного существа, как я, например. Для них чувство собственного достоинства и принципы уже являются достаточными мотиваторами. И мне хочется верить, что для меня тоже.

Но когда меня накрывают размышлизмы разного рода и я предаюсь синтезу и анализу, то задаю себе вопрос: «Паша, а вот если бы ты не знал, что за твоей судьбой следит куча народа, ты так же бы себя вел?» Надеюсь, что да, спадарства. Надеюсь, что да. Айл би бэк», — написал Павел Виноградов.

• 19
• 0
• 0
• 0
• 0
• 1
• 0
• 2