«Устал жить в США и работать на масонов». Правнук Брежнева вернулся в Россию и попал в украинский плен во время первого боевого задания
«Знаете, как на передовой сейчас умирают? Тебя просто съедают. У тебя могилы нет. Собаки тебя съедают или кабаны»
Антон Милаев родился в Москве в 1980 году в цирковой династии, основателем которой был его дед — известный советский цирковой артист Евгений Милаев, первый зять Леонида Брежнева.
Галина Брежнева не только вышла за эквилибриста, который был на 19 лет старше ее, но и приняла его детей-близнецов. Их мать умерла при родах. Несмотря на то, что брак через 10 лет распался, Галина Брежнева продолжала поддерживать отношения с пасынком Александром (отцом Антона) и падчерицей Натальей.
Отцом Антона был Александр Милаев, а матерью — цирковая артистка Ирина Кузнецова. Когда родители разошлись, Ирина уехала работать сначала в Португалию, а затем — в Италию. Сам Антон остался с отцом.
Еще школьником, в 1995 году, Антон вместе с отцом уехал в США. Ранее он рассказывал, что из-за постоянных репетиций и цирковых выступлений не мог должным образом посещать школу. В интервью «Хочу жить» мужчина рассказывает, что в США работал на стройках, в такси, брался за любую работу, которая приносила доход.
Прожив в Соединенных Штатах, по словам мужчины, 19 лет, он вернулся в Россию, так как «устал там жить, устал работать на масонов».
Милаев говорит в интервью проекту «Хочу жить», что после возвращения работал водителем в сфере грузоперевозок, утверждает, что имеет среднее специальное образование по специальности «механик».
«При Советском Союзе, хотя я тогда был еще малым, мне жилось лучше, чем сейчас. Я знал, что меня ждет завтра. Были перспективы. Все-таки была страна, а сейчас — бардак»,
— замечает мужчина и позже добавляет:
«Великая Отечественная война сплотила Советский Союз». Однако на вопрос, зачем российские военнослужащие пришли с оружием к людям, с которыми, по его же словам, когда-то были одним народом, он ответил: «Увидеть нацистов».
«И как, увидели?»
«Нет, не увидел. Но это мы узнали только, когда уже попали сюда (в плен — НН). Я думаю, чтобы поменять мнение об этой войне, нужно каждому (россиянину. — НН) быть здесь», — доказывает Милаев и признается, что сам попал на войну из-за примерно миллиона российских рублей долга. Это около $13 тысяч.
Мужчина утверждает, что подписал контракт в 2025 году в Костроме, так как полагал, что так будет больше шансов служить подальше от передовой. После трех недель подготовки в Луганской области его направили в Херсонскую область в состав 1‑го батальона 331‑го полка 98‑й воздушно-десантной дивизии, где он прослужил около двух месяцев.
Как вспоминает Антон Милаев, его подразделение преимущественно занималось строительством укреплений и хозяйственными работами. Во время первого боевого задания в апреле 2026 года его группе приказали найти подземную парковку, но, по его словам, на месте ее не оказалось. Тогда он вместе с двумя другими военнослужащими нашел небольшое укрытие («уголочек метр на метр»), где они провели почти сутки.
По словам Милаева, почти сразу их позицию обнаружили украинские военнослужащие, и под утро они попали под удар артиллерии. Как утверждает Милаев, всего в той группе было восемь человек, из которых после обстрела выжили четверо. Выжившие разошлись в разные стороны, пытаясь выбраться. Сам Милаев двинулся в сторону разбитого моста, но оказался под наблюдением украинских дронов и под пулеметным огнем. Поняв, что возможности убежать нет, он поднял руки и сдался в плен.
«Потери большие. Я думаю, что из нашей бригады, когда я там был, оставалось человек 20. Там мясорубка, выжить практически невозможно», —
доказывает Милаев и заявляет, что теперь не считает деньги достаточной причиной для участия в войне. По его словам, он отдал бы все полученные выплаты только ради того, чтобы не оказаться снова ни на фронте, ни в плену.
Размышляя о будущем, мужчина признается, что хотел бы вернуться в Россию, но понимает: после обмена его, скорее всего, снова отправят на фронт. Поэтому он надеется оставаться в плену до окончания войны или изменения ситуации. Главной ошибкой в своей жизни он называет не плен, а само подписание контракта.
«Знаете, как на передовой сейчас умирают? Тебя просто съедают. У тебя могилы нет. Собаки тебя съедают или кабаны. (…) Все хорошо понимают: если ты умрешь, ты до дома не доедешь. И твои кости не доедут. Или соберут мешок из всех: где-то голова, где-то рука. Вот это привезут. Могил нет, собирать нечего. Лучше остаться живым, чем погибнуть на Херсоне, чтобы тебя кто-то съел», — доказывает Милаев.
Комментарии
ярчайший образец скудоумия.