«Теперь мы едим всего раз в день». Жизнь в послевоенной Сирии после падения режима Асада тяжелая
После смены власти сирийцы надеялись на быстрое улучшение жизни. Но сокращение субсидий и рост цен сделали многие семьи ещё беднее: люди отказываются от мяса и экономят на свете, чтобы выжить. О разочаровании сирийцев экономической политикой новых властей пишет BBC.
В сентябре в сирийских городах вспыхнули протесты. На площадях и улицах протестующие жгли покрышки, перекрывали дороги и скандировали лозунги, выражая гнев по поводу решения правительства вновь повысить цены на топливо. Это стало самым масштабным проявлением недовольства решениями правительства с тех пор, как два года назад к власти в стране пришел Ахмед аш-Шараа.
Один из участников протестов в эфире сирийского телеканала заявил, что по-прежнему поддерживает власти, однако его положение стало настолько тяжелым, что ему больше не на что купить хлеб. «Честно говоря, мы уже боимся того, какое новое решение принесет нам следующее утро», — добавил другой участник акции протеста.
Очередное повышение цен на топливо — еще одно звено в цепочке решений правительства, которые делают население все беднее и беднее.
После того, как повстанцы во главе с аш-Шараа свергли режим Башара Асада, положив конец пятидесятилетнему жестокому правлению семьи Асадов и тринадцатилетней разрушительной гражданской войне, благосостояние многих сирийцев значительно ухудшилось.
Заняв пост президента, аш-Шараа начал предпринимать усилия по восстановлению экономики, пострадавшей от долгой войны и санкций.
Никто не сомневался, что это очень сложная задача. Однако, празднуя свержение Асада, сирийцы — возможно, излишне оптимистично — надеялись на быстрые перемены к лучшему. Однако за два года работы новых властей жизнь населения не улучшилась, напротив, финансовое положение значительной части населения продолжает ухудшаться, а экономическая политика правительства вызывает у многих разочарование.
Цены выросли практически на все, в том числе на коммунальные услуги и товары первой необходимости. А очередное, неожиданное повышение стоимости топлива многие восприняли как признак того, что правительство оторвано от реальности.
«Нам не нужны кольцевые развязки! Каждый день строят новую развязку. Люди поддержали вас и остаются на вашей стороне, — сказал еще один протестующий, обращаясь к аш-Шараа, — но подобные действия могут привести к взрыву».
Спустя несколько дней, на фоне призывов к новым акциям протеста, решение о повышении цен было отменено.
«Теперь мы питаемся более скромно. Мы больше не можем купить курицу хотя бы раз в неделю», — говорит Фатима Салех Эйд.
В пригороде Дамаска журналист ВВС встретился с Фатимой Салех Эйд. Она пришла на рынок, чтобы купить продукты на неделю. Фатиме 50 лет, она работает уборщицей, чтобы помогать содержать семью.
«Нам пришлось очень нелегко», — говорит она. Ее муж недавно устроился на керамический завод, до этого год он был без работы. Ему еще повезло: многие их знакомые не могут найти работу уже долгое время. На некоторых улицах мужчины собираются в ожидании случайного заработка — зачастую напрасно.
Правительство аш-Шараа в рамках политики жесткой экономии существенно сократило субсидии, действовавшие в стране многие годы при Асаде. После этого цены на хлеб — основной продукт питания в Сирии — выросли в десять раз. Стоимость топлива в Сирии теперь соответствует среднемировым показателям. Резкий рост цен на топливо ударил по фермерам, также подорожали все перевозки, а тарифы на электроэнергию для многих компаний выросли на сотни процентов.
Власти попытались снизить напряженность, проиндексировав зарплаты в государственном секторе, а также пенсии, однако из-за постоянного роста цен эти прибавки к зарплатам и пенсиям практически не ощущаются.
«Теперь мы питаемся гораздо скромнее. Мы больше не можем позволить себе ни курицу, ни мясо. Едим только овощи, но даже они стоят дорого, — рассказывает Фатима. — Дай Бог, цены когда-нибудь снизятся».
Пожилой мужчина рядом тоже признался, что перестал покупать мясо. Другой, которому около двадцати лет, рассказал, что его семья больше не может покупать лекарства для отца, у которого больное сердце. Одна молодая женщина призналась, что она и ее четверо детей могут позволить себе полноценный обед только раз в два дня.
«Я боюсь счета за электричество»
68‑летний пенсионер Марван Башур говорит, что его ежемесячный доход составляет около 90 долларов — это минимальный размер оплаты труда в государственном секторе. «Этого совершенно недостаточно», — говорит он.
По данным Программы развития ООН, в 2025 году году 90% сирийцев жили в бедности.
Марван Башур рассказал мне, как ему удается выживать на 90 долларов в месяц.
«Иногда я занимаю деньги, иногда продаю вещи из дома. Например, старую кастрюлю, тарелки, которыми мы никогда не пользовались, или подарки, которые нам когда-то дарили. Приходилось даже продавать мебель», — рассказывает он.
Были и другие трудности. Как и многие сирийцы, Марван раньше полагался на помощь гуманитарных организаций. Но теперь эта поддержка прекратилась: из-за сокращения финансирования организации были вынуждены урезать объем предоставляемой помощи.
Сирия также ощутила на себе последствия противостояния США и Ирана. Согласно заявлению правительства, повышение цен на топливо, спровоцировавшее протесты, частично было вызвано давлением на энергетические рынки, возникшим из-за этого конфликта.
ВВС встретилась с еще одним пенсионером — 63‑летним Набилем аль-Ремхейном. Ни один из его четверых взрослых детей не смог найти работу.
«Теперь мы едим всего раз в день. Это настоящая трагедия. И так не только у меня — так живет все население. Мы все голодаем… Мы задыхаемся под гнетом растущих цен», — говорит он. На его лице читается усталость.
Набиль отвел журналиста к себе домой, в бедный район с узкими улочками и скромными постройками. Когда они пришли, его жена занималась домашними делами. В доме было темно, но она не включала свет.
«Я боюсь счета за электричество, — признался Набиль. — Мы стали реже включать свет в доме, а холодильник отключаем примерно на пять часов в день».
И все же последний счет был равен примерно трети семейного дохода. Набиль его так и не оплатил.
Хаид Хаид, сирийский публицист и приглашенный эксперт лондонского аналитического центра Chatham House, отметил, что положение «значительной части населения» стало хуже, чем до падения режима Асада.
По его словам, экономический кризис — одна из «наиболее опасных проблем» для правительства, причем отчасти оно само стало его причиной.
«Отчасти [кризис] связан с нехваткой [финансовых] ресурсов и наследием прежнего режима, — пояснил он. — Но это также прямое следствие новой политики, направленной на переход [Сирии] к свободной рыночной экономике — политики, которая совершенно не учитывает, каковы будут последствия преобразований для людей».
Представитель Министерства экономики и промышленности Сирии сообщил, что никто из сотрудников ведомства не может прокомментировать ситуацию и дать интервью.
Безусловно, сирийскому руководству удалось достичь определенных важных результатов.
Были сняты международные санкции, введенные еще при Башаре Асаде, а США исключили страну из списка государств — спонсоров терроризма.
Ситуация в сфере безопасности остается нестабильной и вызывает тревогу, однако в целом в стране стало спокойнее.
Президент продолжает укреплять свою власть: в частности, ранее в этом году он вернул под свой контроль богатый ресурсами северо-восток, вытеснив оттуда курдские формирования. (При этом друзы по-прежнему удерживают районы на юге, стремясь создать там автономное образование, а Израиль оккупирует часть юго-западных территорий.)
Однако о реальном восстановлении экономики пока не приходится говорить. Значительные территории Сирии по-прежнему лежат в руинах после войны, которая унесла жизни полумиллиона человек и привела к тому, что половина населения была вынуждена покинуть свои дома.
Многие семьи, не имея средств на аренду жилья, вынуждены ютиться в частично разрушенных зданиях.
По оценкам Всемирного банка, на восстановление страны потребуется 216 миллиардов долларов — без иностранной помощи и инвестиций сирийцам будет невозможно отстроить ее заново.
Сирийский экономист Самир Аита из базирующегося в Париже аналитического центра «Круг арабских экономистов» охарактеризовал нынешний кризис как «результат проводимой политики, при которой власти не смогли сформировать реалистичные ожидания общества, что породило лишь несбыточные надежды».
На вопрос о том, как он оценивает будущее, Аита ответил: «Ситуация неустойчива. Если курс не изменится, боюсь, нас ждет хаос».
Сирийцы, измученные многолетней войной и практически лишенные выбора, тем не менее продолжают надеяться на лучшее.
Абу Махмуд, водитель такси, сказал ВВС: «Страна досталась им уже банкротом, так что людям нужно набраться терпения. Такие вещи в одночасье не делаются».
Сейчас читают
«К лейтенанту приехала молодая жена, увидела, что происходит в зоне, и застрелилась». Вышла заключительная часть воспоминаний Григория Березкина о ГУЛАГе и советском Минске1818
Комментарии