От слежки за топ-менеджерами до пикантных драм XIX века. Как работает детективное агентство «Рекс» Александра Азарова
По словам Александра Азарова, на сегодня это единственное детективное агентство в Польше, основанное белорусами. Он рассказал «Нашай Ніве», как работают детективы в Польше, зачем иностранные инвесторы следят за своими директорами и какие тайны скрывают старые уголовные дела.
Фото: agency-reks.eu
«Бизнес есть бизнес»
В начале нашего разговора мы договорились, что эта статья будет только о бизнесе, и мы не будем затрагивать вопросы и темы, связанные с политикой.
По словам Азарова, он не хочет, чтобы перед описанием его нового дела «засунули всю эту грязь» из политических разборок. «Бизнес есть бизнес».
Он говорит, что сегодня сконцентрирован на своем бизнес-проекте: «Мы сами работаем, сами зарабатываем деньги и ни от кого не зависим».
Что такое агентство Reks
В соцсетях агентства «Рекс» публикуются объявления об услугах. Диапазон широкий: от проверки компаний и «друзей ваших детей» до поиска информации в архивах по всему Евросоюзу.
Название, как признается основатель Александр Азаров, появилось спонтанно, но с точным расчетом на ностальгию:
Стилизованное лого агентства «Рекс»
«Все мы в детстве смотрели сериал «Комиссар Рекс» о детективах. Он до сих пор очень популярен, и, конечно, такое название в голове сохранилось, — рассказывает Азаров. — Когда думали, как назвать, это первое, что пришло в голову. Кроме того, немецкая овчарка из сериала всегда вызывала у меня позитивные эмоции. Но у нас написание другое, через «ks» на конце».
«Это единственное детективное агентство, открытое белорусами, больше таких не существует, — подчеркивает Азаров. — Я являюсь членом Польского общества лицензированных детективов (PSLD). Лицензия действует на всей территории Евросоюза. То есть мы можем работать в любой стране ЕС, нужно только сообщить местным спецслужбам, куда ты едешь, что ты будешь работать там в таком городе такой период».
«Белая разведка» и слежка за директорами
Главное направление работы сегодня — помощь бизнесу и OSINT, который по-польски называется «biały wywiad» (белая разведка). Агентство тесно сотрудничает с Национальным реестром должников Польши (KRD).
«Есть ряд предпринимателей, которые открывают фирмы, потом фирма вводится в долги, они открывают новую фирму, чистую, и работают по-новому, — объясняет мошеннические схемы Азаров. — Мы можем отследить эти связи и определить, что человек является недобросовестным предпринимателем. Чтобы тот, кто вносит предоплату, уже знал, что этот человек может не выполнить свои обязательства».
Частыми заказчиками выступают иностранные инвесторы, которые хотят проверить собственных топ-менеджеров. Главный инструмент здесь — профессиональное наружное наблюдение.
Александр Азаров. Фото предоставлено героем
«Иностранные инвесторы открыли компанию в другой стране, наняли менеджеров высшего звена и хотят проверить, соответствует ли их имущественное состояние зарплате, — рассказывает детектив. — На каких машинах они ездят, зарегистрирована ли недвижимость на их родственниках, какие страны посещают, какой образ жизни ведут. Может, он употребляет наркотики или, может, он является недобросовестным руководителем и сливает конкурентам информацию о своем предприятии».
Брачные контракты и суды
Также агентство собирает доказательства для судов по гражданским и уголовным делам. «Например, мы можем зафиксировать в ходе наблюдения, что свидетель предварительно встречается с каким-то заинтересованным лицом, которое его подговаривает давать ложные показания, — делится практикой основатель «Рекса». — Рапорт детектива является сильным доказательством для суда».
Деликатные семейные вопросы также входят в прайс. «В Польше подписывают брачные договоры, и в случае измены там можно получить большую часть имущества, — говорит Азаров. — Люди обращаются к детективу, чтобы доказать факт измены либо чтобы доказать при разделе детей, что другая сторона воспитывает их неподобающим образом».
Вся работа ведется в строгом правовом поле Евросоюза. «Обязательно подписание контракта. Только по подписанному контракту детектив имеет право собирать личные данные людей, — говорит собеседник. — Это служебная тайна, конфиденциальность. Ты собрал информацию, отдал заказчику, всё. Нельзя ее нигде публиковать, заказчик сам решает, что с ней делать: сохранить для себя, обратиться в полицию, в суд или опубликовать».
Расстрельные списки КГБ и тайны архивов
Второй большой пласт работы — это поиск пропавших людей и генеалогические исследования. Чтобы читать старые документы времен Пруссии или Российской империи в архивах Люблина, Варшавы или Белостока, детективам приходится разбирать тексты не только на польском или русском, но даже на латинском языке.
Александр Азаров. Фото предоставлено героем
Александр Азаров признается, что наиболее интересная информация скрывается именно в уголовных делах и протоколах допросов. Особую ценность имеют документы по сталинским репрессиям против поляков в 1920-1930‑х годах, к которым в Беларуси сегодня доступа фактически нет.
«Польша эти дела КГБ частично отсканировала, и они хранятся в Варшаве, и их можно посмотреть, — рассказывает он. — А в Беларуси КГБ их не дает. Там достать очень сложно эти документы, закрывают фамилии, много ограничений… А тут в Польше значительно проще. Они дают все уголовное дело, которое можно полностью отснять. И пожалуйста — там будут данные свидетелей, которые дали показания против твоего предка, из-за которых он получил высшую меру наказания».
«Недавно я искал предков одного человека, чьего дедушку в 1940‑х годах выслали в Калмыкию во время репатриации, и эти поиски привели меня в деревню под Гайновкой.
Я нашел его родственников, очень гостеприимных людей. Хозяин дома — лесник в Беловежской пуще. Оказалось, что у них было семь братьев, но в 1940‑х только один из них сказал, что он белорус, и его выслали в Калмыкию, тогда как остальные шесть назвались поляками и остались на родине. Хотя сами себя они называют не белорусами или поляками, а «тутэйшими».
Этот высланный брат был связан с Армией Крайовой, и у него за плечами была немецкая тюрьма, поэтому, скорее всего, специально назвался белорусом, чтобы его добровольно выслали подальше и чтобы советские власти не посадили его за решетку».
Александру рассказывали, что некоторые названные «белорусы» выезжали в ссылку с целыми возами имущества, с лошадьми и коровами, но в голой калмыцкой степи теряли абсолютно всё и потом приезжали оттуда обратно уже голые и босые.
«В сексе он как зверь»: семейные драмы прошлого
Старые документы часто раскрывают истории, достойные экранизации. Азаров вспоминает дело, которое он нашел в архиве Белостокского института благородных девиц. Это было прошение от наследственной дворянки Плевако (вероятно, родственницы знаменитого в Российской империи минского адвоката Фёдора Плевако):
«Она описывает свою горестную жизнь: что муж ей изменяет, бьет и что он даже «в сексе как зверь». То есть любит «извращенский секс». У нее там восемь детей, она убегала через окно… И она просит одну из княгинь, чтобы ее детей бесплатно взяли на обучение, потому что у нее нет денег на их содержание».
Азаров говорит, что эти находки показывают, что социальные лифты работали даже тогда: дети военных (например, раненых в Крымскую войну) и обедневших дворян могли учиться за счет государства. Впечатлил детектива и тогдашний уровень образованности молодежи.
«В Люблине нашел аттестат одного человека, который в гимназии учился, за 1906 или 1908 год… Английского не было. Они учили латинский, греческий, французский и немецкий языки, — восхищается Александр. — Это люди были очень образованные в то время, когда четыре языка знали. Причем не институт, а гимназия!».
Еще одна из историй, которая поразила Александра, была написана молодым парнем лет 18‑19 из Волыни, который оказался в Киеве. В своем письме он пишет, что в 1915 году, когда шла Первая мировая война, его семья вместе с другими беженцами вынуждена была поехать спасаться в сторону Самары. По дороге немцы задержали его мать и сестер, отправив их в какой-то лагерь, но ему вместе с отцом, братом и дядей все же удалось доехать до Самары.
Письмо парня из Киева. Фото из Linkedin Agencja Detektywistyczna REKS
На этом трагедия семьи не закончилась: отец вскоре умер, и ребята остались один на один со своим дядей. Однако родной дядя просто сдал племянников в детский дом, забрал все их имущество и уехал обратно на Волынь. Вскоре умер и брат парня, а он остался один.
Парень сбежал из этого детского дома, самостоятельно добрался до Киева и уже оттуда написал в польское правительство, так как Волынь тогда отошла под власть Польши, с просьбой вернуть его домой.
Именно работа с первоисточниками позволяет по-настоящему понять прошлое. «Одно дело, что написано в учебниках — государство хочет навязать свой взгляд на какие-то события, — резюмирует основатель агентства «Рекс». — А когда ты окунаешься в эти документы и непосредственно их читаешь, ты видишь совсем другое».