Ластовский о спектакле «Быў у пана верабейка гаварушчы»: Не аутентично и черно-бело

Добрался наконец до «Быў у пана верабейка гаварушчы…» Свободного театра.

Главная, положенная в постановку, идея весьма удачная, собрать все эти жизненные истории из деревни (прежде всего, времен войны) и перевести в режим застолья.

Но поскольку хвалили все, кто мог, то напишу о том, чего мне не хватило, чтобы проникнуться.

Сразу укажу, что в отличие от большинства зрителей этого спектакля, я вырос в деревне, поэтому и историй подобного рода наслушался, и в таких коллективных пьянках многократно должен был принимать участие. Но уже на трасянке забыл, как говорят, очень редко сейчас бываю в деревне, родители умерли, некого и навестить.

Поэтому основная претензия возникла все же к аутентичности зрелища.

Та компания, которая собралась праздновать день рождения Регины, ну никак не казалась «естественной» по причине самых разных говоров (кто в лес кто по дрова, особенно полешуцкий говор самой Регины) да и историям из разных концов Беларуси. Да и не разговаривают на селе все время на одну тему, чтобы целый час вспоминали о войне — ну нереально это.

Историй о войне, как по мне, здесь слишком много — ведь они часто повторяют одни и те же сюжеты, хуже того, и угол зрения один и тот же: партизаны плохие, с коллаборантами всё запутанно, были там и свои хорошие люди, война белорусам чужая. Это целый пласт устной истории, который оставался за пределами официоза, но который на удивление стал едва ли не каноном для нашей национальной интеллигенции.

Основная проблема в том, что это далеко не вся правда о войне, потому что это также и опыт солдат и партизан, опыт партизанских семей и жителей партизанских зон. Опыт полицаев в конце концов. И о войне я слушал много (в конце концов, мой отец жил ребенком под оккупацией, а мать была эвакуирована), и могу сказать, что эта особая селекция и препарация (сделанная Бартосиком, насколько я понимаю) еще одна черно-белая картинка, которая по сути не намного лучше официальной черно-белой картинки. Достаточно сравнить с произведениями Быкова. Вместо того чтобы показать, насколько экзистенциально сложный был опыт жизни под оккупацией, мы получили очередной интеллигентский шаблон.

Вот Пинигина обвиняют в прямолинейном просветительстве, но «Верабейка» сделан в том же ключе: давайте будем бить вас по голове молотком, пока вы не поймете истину. Разве что театральный подход более современный, интерактивный. Но и возможности этого подхода также использованы ограничено, поскольку роль зрителей пассивная — пить самогон, ну потанцевать можно — но все равно между актерами и зрителями непреодолимая граница. Транзитов на самом деле не происходит, хоть автором, может, этого и хотелось, поскольку фальшивый переход границы (монолог молодого человека) они создали.

То ли я слишком искушенный зритель, но катарсиса не произошло. Мог бы быть, идея же клёвая.

P.S. И несколько фальшивых ноток — про Кубе, про закрытые архивы — о таких вещах никто не разговаривает в деревне, чужеродные вставки из оппозиционного дискурса.

* * *

Алексей Ластовский — социолог. Занимается исследованием исторической памяти и национальной идентичности. Работает в Институте политических исследований «Политическая сфера» и является заместителем редактора журнала Belarusian Political Science Review. Его хобби — театр. В свободное время путешествует по Европе, посещает музеи и оперные спектакли.

• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0
• 0