«Мы тебе просто дадим штраф, но ты будешь сотрудничать с нами». Гомельчанин рассказал о вербовке КГБ после задержания «за экстремизм» и интервью БТ
Знакомство издания «Флагшток» с гомельчанином Николаем Стагурским состоялось еще в прошлом году. Молодой человек сам выслал редакции свое интервью с пропагандистами и добавил: «Это я в новостях… У меня выбора не было…» Через год, находясь в безопасной стране, молодой человек поделился с этим изданием своей историей.
Николай Стагурский получил специальность строителя и подрабатывал в ресторане быстрого питания в Гомеле. Во время протестов 2020 года в митингах и демонстрациях не участвовал, но в телеграме оставлял различные комментарии на тему противостояния граждан и режима.
В июле 2022 года за 19-летним Николаем пришли 2 милиционера, чтобы доставить в РОВД Гомельского района.
«Это произошло вроде как случайно, в 7 утра собирался на работу, шорты и футболку успел одеть. Милиция. Говорят, нужно профилактическую беседу провести. Пока ехали на Разина, успел почистить телефон. У меня партизанский телеграм стоял. Когда приехали, телефон забрали и 1,5 часа ждал».
Затем пришел еще один работник силовых структур и сказал, что он «милиционер по госбезопасности». Представился Леней. Как оказалось впоследствии, это был сотрудник КГБ, а имя было ненастоящим.
«Хочешь, я докажу тебе, что ты скрыл чаты?», — спросил сотрудник Леня. Николай решил показать скрытые чаты, так как ему «не хотелось делать это под пытками».
Со слов Николая, потом зачем-то пришел наркоконтроль: «Выбирай: или сотрудничаешь, или мы тебя за наркотики закрываем». Сотрудники показали фотографии, которые должны были подтверждать отношение Николая к наркотикам. «С телефона моего, но телефон у них был, поэтому они сами их туда засунули [загрузили фотографии]».
«В какой-то момент этот Леня мне говорит: мы тебе просто дадим штраф, но ты будешь сотрудничать с нами», — рассказывает молодой человек.
В РОВД Гомельского района Николай просидел до позднего вечера. Потом были два дня в ИВС без постельного белья и с постоянными проверками. По второй части статьи 19.11 («призывы к экстремистской деятельности») ему дали штраф 800 рублей. «Даже мама не успела приехать. Пять минут и суд прошел», — уточняет Николай.
Следующая встреча гомельчанина с органами произошла через месяц. Николаю написал через вайбер тот самый Леня.
«Встречались в Гомельском парке. Он предложил выбрать мне позывной. Я выбрал то, что мне в голову пришло — Жнец, — смеется Николай. — Давал мне указание: ты должен найти кого-то. Предлагал деньги за это. За поиск нужного человека мне Леня предлагал от 2 до 25 базовых — в зависимости от работы.
Допустим, если я заметил у кого-нибудь символику какую-то, Погоню, то он мне обещал деньги заплатить. Я отвечал, что не знаю таких, хоть среди моих знакомых были люди с символикой. Показывал распечатки людей из интернета, где не было видно лиц. Но я не сдавал никого. Я считаю, что менять жизни людей на деньги какие-то, это бред полный и ужас».
Чтобы мотивировать Николая к сотрудничеству, ему напоминали о том, что могут усложнить условия его профилактического учета, поставить запрет на выезд из Беларуси или вообще начать новый процесс. Одним из заданий был выход на связь с инициативой Bysol:
«Леня сказал написать туда, обратиться за помощью, чтобы потом все данные перевода ему передать. Но я ему не передал. А сказал, что отец выбросил распечатку и то, что другая страна ему просто не выдаст эту информацию».
После получения Николаем помощи от Bysol в размере 300 евро в КГБ решили снять видеорепортаж, что никаких денег от фонда он не получил.
«Текст был распечатан заранее, я просто его заучил».
Репортаж для «Беларусь 1» был снят сотрудниками регионального телевидения.
«Потом меня не трогали, видели, что я спокойно сидел. В конце 2022 года Леня предложил мне выехать в Европу, чтобы я за людьми «смотрел» и скидывал всю информацию им». В КГБ ему пообещали даже помощь с получением визы.
Николай самостоятельно решил прервать контакты с органами. Он обратился к Bysol вновь, рассказал о своей вербовке и запросил консультацию о выезде. Весной 2023 года Николай уехал из Беларуси в одну из демократических стран.
После выезда он сменил телефон, но спецслужбы его не забывают: периодически в мессенджерах появляются вызовы от кагебешника Лени и неизвестных ему силовиков.
С помощью Черной карты карателей Беларуси Николай смог опознать своего куратора — агента Леню. Им оказался гомельчанин Артур Мироненко. В базе киберпартизан он значится как оперуполномоченный КГБ.
Залечь на дно в Майнце. Павел Батуев — о побеге от КГБ, быте в Германии и немецких перспективах
«Прислали снимки входных дверей квартир матери и родственников». Белорусы рассказывают, как их вербовали КГБ и ГУБОПиК
«Хотели, чтобы я сразу «сливал», если кто-то выскажет свое мнение». Председатель товарищества собственников в Минске рассказал, как с ним «беседовали» в КГБ
Сейчас читают
Стала известна личность белоруски, которая погибла в Батуми. Вместе с ней в перевернутом микроавтобусе была дочь4
Стала известна личность белоруски, которая погибла в Батуми. Вместе с ней в перевернутом микроавтобусе была дочь
«Надежда Степановна». Никита Найденов опубликовал поэму, которая родилась в Жодинской тюрьме. Такого поэтического эпоса в белорусской поэзии XXI века еще не было66
Комментарии
Няма дзіва, што мент падкіне наркотыкі, пачне шантажаваць, што бтшнікі маняць, што слабы чалавек саступае. А вось байсолаўская постаць збаўцы, каб ня выглядаць штучна, мела б застацца неназванай.
Зразумела, што з гэтым (і падобнымі) артыкулам стрыжакі (ці хто там і якім з байсолаў пагойдаюцца на разьмеркавальных плынях) пойдуць па дзярж фінансаваньне.