Ли Куан Ю: как за одно поколение твердой рукой вывести молодую страну в мировые лидеры
Население Сингапура вдвое меньше, чем население Беларуси. Сингапур не имеет полезных ископаемых, стране приходится импортировать даже песок. В момент получения независимости в 1959 году Сингапур был бедной страной. Перевернул ход истории премьер-министр Ли Куан Ю, который возглавлял Сингапур с 1959 до 1990 года. Ли Куан Ю жесткой рукой ориентировал страну на «коллективный Запад» и повел остров к цивилизованной жизни. Были регламентированы не только политика: было запрещено даже плевать. Это был большой эксперимент, и он оказался успешным.
Ли Куан Ю родился 16 сентября 1923 года в Сингапуре, который тогда был британской колонией. Его родители принадлежали к разным народностям — хакка и перанакан. Они не понимали языка друг друга, но интересовались британской культурой, поэтому разговаривали между собой по-английски. Именно этот язык и стал родным для Ли.
При рождении мальчик получил имя Куан Ю, что приблизительно переводится как «ясное сияние». Однако, по традиции состоятельных и вестернизированных китайцев, он получил и европейское имя — Гарри. Его дед по отцовской линии, который восхищался британцами и много контактировал с ними по работе, настоял на этом имени. На протяжении всей жизни родные и близкие друзья называли его Гарри.
Семья Ли была довольно обеспеченной, хотя и не супербогатой. Отец был склонен к азартным играм и часто проигрывал деньги, требуя от жены закладывать драгоценности. Стабильность большой семьи, где росли четыре брата и сестра, обеспечивала именно мать.
Когда пришла пора идти в школу, юного Гарри по настоятельному желанию бабушки отдали учиться на китайском языке. Но после того, как мальчик там ничего не понял, его перевели в англоязычную школу. Это был сознательный выбор: англоязычное образование открывало дорогу в британские университеты и в высшие эшелоны колониального общества.
Позже, когда Ли Куан Ю начнет свою политическую жизнь, он будет специально учить литературный китайский язык и различные диалекты для того, чтобы общаться со своим электоратом.
Уроки японской оккупации
До начала Второй мировой войны Ли Куан Ю, как и многие его сверстники, был убежден в непобедимости и величии Британской империи. Он писал, что уже в школе он точно знал: любой англичанин — это «босс, начальник, господин».
Все изменилось в феврале 1942 года, когда японские войска провели молниеносную операцию и захватили Сингапур. Колониальная власть, которой Ли так восхищался, с треском рухнула, а британцы бежали или попали в плен.
Три с половиной года японской оккупации были для Ли Куан Ю школой выживания. Он работал на японцев, прослушивая перехваченные радиосообщения союзников и расшифровывая их, занимался мелким предпринимательством и торговлей на черном рынке.
Позже он назвал эти годы самыми важными годами своей жизни. Он сделал два ключевых вывода. Во-первых, власть — это не святая данность, а механизм, который нужно уметь защищать. Во-вторых, наблюдая за безжалостной системой наказаний японцев, он отметил, что преступность исчезла, потому что люди боялись наказания. Это сформировало его убеждение, что когда говорят, будто «суровые наказания не уменьшают уровень преступности» — это миф, и что строгая власть может изменять поведение людей.
Окончив местный «Раффлз-колледж», будущий «отец сингапурской нации» выехал в Великобританию, где учился сначала в Лондонской школе экономики, а затем в Кембриджском университете.
Парень учился блестяще, но, как он с горечью вспоминал, на нескольких экзаменах его обогнала единственная девушка в классе — Ква Геок Чу.
Они тайно поженились в 1947 году. Ква Геок Чу в дальнейшем стала не просто женой, а его интеллектуальным и политическим партнером, доверенным лицом, которая проверяла каждую важную речь и юридический документ. В семье родилось три сына.
В своих мемуарах он с исключительной теплотой писал о ее роли. Когда в 2003 году Ква Геок Чу перенесла инсульт, который отнял у нее возможность разговаривать, Ли Куан Ю ежедневно проводил около ее кровати несколько часов, читая ей вслух. Он признавался, что это было необходимо для него самого, потому что она была его «якорем». После ее смерти в 2010 году политик чувствовал себя «уже не человеком, а получеловеком».
Путь к власти
В 1950 году Ли Куан Ю вернулся в Сингапур с дипломом британского адвоката. Именно в это время он отказался от европейского имени «Гарри» и стал исключительно Ли Куан Ю. Сам он потом отмечал:
«Ли Куан Ю — это имя стало моим публичным образом. Оно выражало то, за что я боролся, и то, кем я себя видел: националист с левыми взглядами».
Ли Куан Ю начал юридическую практику, но быстро нашел свою нишу, работая бесплатно для профсоюзов, помогая им бороться за свои права и решать различные проблемы. И это ирония судьбы, так как став премьер-министром он железной рукой зажмет все профсоюзы в Сингапуре.
Также, взойдя на политический олимп, он отрекся от своих прежних левых идеалов. Но в 1950‑е годы, когда в Китае победили коммунисты и многие китайские диаспоры в Сингапуре и Малайе симпатизировали Мао Цзэдуну, Ли Куан Ю вынужден был это учитывать.
В одном интервью он сказал: «Любой житель Сингапура, который хочет повести за собой людей, говорящих на китайском языке, не может себе позволить быть антикоммунистом. Если бы мне нужно было выбирать между колониализмом и коммунизмом, я бы выбрал коммунизм, и так сделало бы подавляющее большинство».
В 1954 году он основал Партию народного действия (ПНД). Партия сначала была коалицией, которая включала как умеренных интеллигентов-националистов (группа Ли), так и левое прокоммунистическое крыло.
В 1959 году, когда Сингапур получил самоуправление, ПНД победила на выборах, и 35‑летний Ли Куан Ю стал премьер-министром. Он не спешил освобождать из тюрьмы своих товарищей-коммунистов, а когда освободил в конце концов, дал им только бессмысленные, без всякого влияния должности.
Травма 1965 года
Ли Куан Ю считал, что Сингапур не выживет в одиночку. Его стратегия была «Независимость через слияние» с Федерацией Малайя. В 1963 году англичане объявили о независимости Сингапура, и он становится частью Малайзии. Условием малайзийцев для слияния был арест более ста коммунистов, и Ли Куан Ю на это согласился.
Однако союз был обречен на развал. Ли Куан Ю выступал за «Малайзию для малайзийцев» (равенство всех этнических групп), что противоречило политике малайской правящей элиты, которая боялась китайского доминирования.
Конфликт обострялся. Кульминацией стал 1965 год. Малайзийские лидеры, боясь, что популярный Ли Куан Ю может возглавить всю Федерацию, приняли решение об исключении Сингапура.
9 августа 1965 года Сингапур был «выброшен в независимость». На знаменитой пресс-конференции Ли Куан Ю не сдержал слез, осознавая, что маленькому острову, в котором не было воды, сырья, у которого не было армии, будет крайне тяжело выживать. После этого он на шесть недель исчез, углубившись в депрессию и одновременно разрабатывая план выживания.
Отказ от демократии
После 1965 года Ли Куан Ю поставил перед собой две задачи: безопасность и экономическое процветание, достигнутые через беспрецедентный государственный контроль.
Одна из первых реформ — создание сильной армии. Когда британские войска начали выходить из Азии, Сингапур остался беззащитным. Ли Куан Ю ввел всеобщую воинскую повинность и обратился за помощью к Израилю (с которым Сингапур тайно сотрудничал, называя израильских инструкторов «мексиканцами», чтобы не раздражать мусульманских соседей).
Армия стала престижным социальным лифтом. Те, кто служит в армии, получают огромные льготы, получают возможности потом устроиться на государственную службу, пойти учиться.
Чтобы компенсировать вывод британских войск, Сингапур утроил свои расходы на оборону, а для поддержки армии были добавлены военно-воздушные силы и флот. К концу 1960‑х годов Сингапур имел небольшие, но хорошо подготовленные вооруженные силы, что позволило ему чувствовать себя уверенно в регионе.
Во вьетнамской войне Ли полностью поддерживал США.
В 1980‑х тесные оборонные отношения между Сингапуром и США позволили Сингапуру приобретать передовые американские вооружения и системы. США поставили Сингапуру такие мощные на то время самолеты, как F-16, и самолет раннего радиолокационного обнаружения (AEW) E-2C.
Для проведения реформ Ли Куан Ю поставил под жесткий контроль все сферы жизни страны. Будучи убежденным антикоммунистом, Ли безжалостно истреблял «коммунистическую заразу». Коммунисты оказывались за решеткой без суда и следствия, ограничивался доступ информации из-за рубежа.
«Свобода прессы, свобода СМИ должна быть подчинена главным потребностям целостности Сингапура», — говорил Ли. Свои действия он оправдывал тем, что газеты финансировали иностранные силы. Политик считал, что в развивающейся стране некоторые свободы должны быть принесены в жертву.
В связи с тем, что коммунистические идеи были гибельны для рыночных отношений, зарождавшихся в Сингапуре, коммунистическая партия оказалась в стране под запретом, а в парламенте остался только один оппозиционный депутат.
Вот, что писал Ли Куан Ю в одной из своих книг:
«Я не считаю, что демократия — это наилучшая форма правления для всех стран и что она распространится по всему миру. Если бы это было так, почему западные страны пытаются ее всем навязать силой? Если либеральная демократия настолько совершенна, она и так одержит верх над всем миром, как рыночная экономика, которая явно превосходит плановую экономику и распространяется по всему миру.
По поводу демократии у меня было много дискуссий с американцами. (…) Они говорят, что власть должна меняться, только тогда это демократия. Я отвечаю: пусть так будет у вас в Америке. А нас оставьте в покое».
Ли Куан Ю не стал копировать западную модель «государства всеобщего благосостояния», а создал систему, где граждане сами обязаны из зарплаты накапливать средства на жилье и медицинское обслуживание. Он железной рукой подчинил профсоюзы, утверждая, что забастовки подорвут экономику. Вместо возможности забастовками добиваться своих прав был создан Национальный совет по зарплатам, где государство выступало арбитром.
Борьба с коррупцией в Сингапуре
В начале независимости Сингапур разъедала коррупция, борьба с которой началась «путем упрощения процедур принятия решений и удаления всякой двусмысленности в законах в результате издания понятных и простых правил, вплоть до отмены разрешений и лицензирования».
Власти резко подняли зарплаты судей, на судейские должности были привлечены лучшие частные адвокаты. Госслужащим, занимавшим ответственные должности, были подняты зарплаты до уровня, характерного для топ-менеджеров частных корпораций. Был создан независимый орган с целью борьбы с коррупцией среди высших представителей власти.
«Агентство по борьбе с жадностью» — так в народе прозвали бюро, расследовавшее случаи коррупции. Никакой презумпции невиновности не существовало: чиновник жил не по средствам — значит, взяточник. С проверками приходили и к самому премьеру.
Ради верховенства закона премьер-министр посадил в тюрьму близкого друга, когда того поймали на взятке, а министр социального развития, взявший на лапу 315 тысяч долларов, после разговора с Ли Куан Ю совершил самоубийство.
В результате Сингапур стал одним из наименее коррумпированных государств мира, и остается таковым по сей день.
На вопрос о секрете успеха в борьбе со взяточничеством Ли ответил так: «Начните с того, что посадите трех своих друзей. Вы точно знаете за что, и они знают за что».
Открытость Сингапура для инвестиций
Стратегия экономического развития страны строилась на превращении Сингапура в финансовый и торговый центр Юго-Восточной Азии, а также на привлечении иностранных инвесторов.
«Мы приветствовали каждого инвестора… Мы просто из кожи вон лезли, чтобы помочь ему начать производство», — вспоминал Ли Куан Ю.
Однажды его советник по вопросам экономики, голландец Альберт Винсемиус, позвонил вице-президенту сингапурского отделения Bank of America, который был тогда в Лондоне. «Мы хотим за следующие 10 лет стать финансовым центром Юго-Восточной Азии», — сказал Винсемиус. На это он получил ответ: «Хорошо, приезжайте в Лондон. Вы сможете добиться этого за 5 лет».
В Лондоне гостя подвели к большому глобусу в зале заседаний и рассказали следующее. Мировой финансовый день начинается в Цюрихе, где банки открываются в девять утра. Чуть позже открываются банки в Лондоне. После обеда банки в Цюрихе закрываются, затем закрываются банки в Лондоне. В это время банки в Нью-Йорке еще открыты. Таким образом, Лондон направляет финансовые потоки в Нью-Йорк. Когда закрываются нью-йоркские банки, финансовые потоки переходят в Сан-Франциско. А вот в промежуток времени между закрытием банков в Сан-Франциско и началом нового дня в Цюрихе в финансовом мире ничего не происходит.
«Если мы разместим Сингапур посередине, то после закрытия банков в Сан-Франциско Сингапур сможет принять от них эстафету, а когда закроются банки в Сингапуре, они смогут перевести финансовые потоки в Цюрих. Таким образом, впервые в истории станет возможным глобальное круглосуточное банковское обслуживание», — вспоминал Ли Куан Ю в одной из своих книг слова представителя банка.
До сих пор важную роль в экономике Сингапура играют транснациональные корпорации, которых страна привлекает низкими налогами. Налоговая система по своей привлекательности занимает пятое место в мире. Всего 4 вида импортных товаров облагаются налогом при ввозе: спиртные напитки, табачные изделия, нефтепродукты и автомобили. В стране развито производство электроники, судостроение, сектор финансовых услуг. Ведутся масштабные исследования в области биотехнологий.
Чистота и вода
Ли Куан Ю понимал, что инвесторам нужны не только деньги, но и доверие. Он приложил колоссальные усилия для создания имиджа чистого, зеленого и стабильного города. В 1963 году он начал кампанию по посадке деревьев, целью которой было высаживать 10 000 саженцев в год, а в 1971 году был основан «День посадки деревьев».
Позже он сказал, что «озеленение — это самый экономически эффективный проект, который я запустил».
Политик также занялся решением проблемы с обеспеченностью страны водой. Сингапур традиционно зависел от воды из Малайзии. Однако эта зависимость привела к возможности повышения цен на воду в Сингапуре и позволила малайзийским чиновникам использовать зависимость от воды в качестве политического рычага, угрожая прекратить поставки.
Чтобы решить эту проблему, Ли в 1974 году начал реализовывать проекты рециркуляции воды. В результате таких усилий Сингапур достиг самообеспечения в области водоснабжения с середины 2010‑х годов.
Параллельно с этим Ли Куан Ю издавал законы, чтобы радикально улучшить бытовые привычки сингапурцев. Стало запрещено, например, плевать на землю, курить в общественных местах, бросать на землю мусор, парковать машины в центре города, а также, поливая цветы, оставлять воду в блюдцах под горшками, так как это привлекает комаров.
На каждую машину ставили сирену, которая включалась, как только водитель превышал скорость в 80 км/ч. После шести часов вечера было запрещено ездить в автомобиле одному — нужно было подвозить коллег по работе или незнакомых попутчиков, чтобы уменьшить возможность возникновения пробок.
Телесные наказания
Одним из незыблемых убеждений Ли Куан Ю была эффективность телесных наказаний. Он считал их эффективным средством сдерживания преступности.
Сам Ли Куан Ю рассказывал о собственном опыте в школьные годы, когда получил «три незабываемых удара по тому самому месту».
«Я никогда не понимал, почему западные педагоги-методисты выступают против телесных наказаний. Ничего страшного ни со мной, ни с моими одноклассниками не случилось», — удивлялся премьер-министр.
Телесные наказания правительство Ли получило в наследство от британской колониальной системы, но значительно расширило их сферу применения. Если при британцах порка применялась редко — только в нескольких случаях в год за преступления, связанные с насилием, то под руководством Ли Куан Ю эта мера была распространена на все больший спектр нарушений.
К 1993 году порка стала обязательным наказанием за 42 вида преступлений и дополнительно предусматривалась еще за 42. Среди тех, кого начали регулярно пороть, были наркоманы и нелегальные иммигранты. В результате количество случаев порки резко возросло: с 602 в 1987 году до 3244 в 1993 году и до 6404 в 2007 году.
Международное внимание к этой жестокой практике привлек скандал 1994 года, когда в соответствии с законодательством о вандализме (за нанесение граффити на стену дома) выпороли подростка с американским паспортом Майкла П. Фея.
Ли Куан Ю сохранил и британскую практику школьных телесных наказаний мальчиков. Они были закреплены законом в 1957 году. Он также ввел наказание поркой в Сингапурских вооруженных силах. Таким образом, Сингапур стал одной из немногих стран в мире, где телесное наказание является официальной мерой поддержания военной дисциплины.
Планирование семьи
Одной из самых спорных и неординарных черт управления Ли Куан Ю стало его глубокое и системное вмешательство в частную жизнь граждан, что он оправдывал необходимостью обеспечения долгосрочной стабильности и экономического роста нации. Эта политика проявлялась в двух основных направлениях: контроле за рождаемостью и попытках управления выбором партнера.
Во-первых, столкнувшись с угрозой перенаселения на маленьком острове, правительство начало агрессивную кампанию «Остановись на двух» (Stop at Two). Эта инициатива выходила далеко за рамки простой пропаганды.
Государство ввело систему финансового стимулирования и дестимулирования, чтобы заставить семьи ограничиться двумя детьми. Например, родители, которые рожали третьего и четвертого ребенка, сталкивались с увеличением платы за роды в государственных больницах, лишались налоговых льгот, а женщины не получали оплачиваемых декретных отпусков.
Наоборот, семьи, в которых один из родителей проходил добровольную стерилизацию после рождения второго ребенка, получали значительные финансовые бонусы и, что особенно важно, их дети имели приоритет при поступлении в наиболее престижные школы. Эти жесткие меры привели к резкому падению рождаемости, и в 1990‑е годы правительству пришлось делать обратный ход, чтобы избежать демографического кризиса.
В духе идей Платона о том, что «лучшие должны соединяться с лучшими», Ли Куан Ю с тревогой наблюдал, как многие высокообразованные мужчины предпочитали жениться на женщинах с низким уровнем образования, в то время как женщины с университетскими дипломами часто оставались незамужними.
Чтобы исправить эту ситуацию, которая, по его мнению, вела к снижению качества генофонда и воспитания следующего поколения, в 1983 году он создал Управление социального развития. Эта государственная организация функционировала как служба знакомств, организовывавшая мероприятия, круизы и встречи исключительно для «белых воротничков» — людей с высшим образованием.
Ли утверждал, что образовательный уровень и интеллект родителей играют решающую роль в формировании способностей их детей, и он продвигал политику, направленную на поощрение высокообразованных женщин рожать больше детей.
Последние годы и наследие
Всего Ли Куан Ю одержал семь побед на выборах и ушел в отставку только в 1990 году, поставив тем самым мировой рекорд самого продолжительного пребывания на посту премьер-министра.
Под его руководством островное государство в течение всего одного поколения превратилось в развитую страну с высокодоходной экономикой.
Этот беспрецедентный скачок Ли назвал переходом «из Третьего мира в Первый мир». За эти три десятилетия валовой национальный продукт (ВНП) на душу населения вырос с 1240 долларов в 1959 году до 18 437 долларов в 1990 году; уровень безработицы снизился с 13,5% до 1,7%; а внешняя торговля увеличилась почти в тридцать раз, достигнув 205 миллиардов долларов.
После своего ухода в отставку Ли Куан Ю сохранил пост министра-ментора и возглавил кампанию по пропаганде изучения сингапурцами китайского языка наряду с английским.
«Отец сингапурской нации» Ли Куан Ю умер вечером 23 марта 2015 года на 92‑м году жизни. С 2004 года по 2024 год пост премьер-министра Сингапура занимал его сын Ли Сянь Лун.
Достижения Сингапура стали источником вдохновения для руководства Китая, особенно при Дэн Сяопине, который стремился перенимать сингапурские методы экономического роста и предпринимательства, при этом сохраняя политический контроль. С 1996 по 2019 год 55 000 китайских чиновников прошли стажировки в Сингапуре для изучения его методов.
В 2013 году Сингапур посетил и Александр Лукашенко. Некоторые аналитики надеялись, что он сможет перенять опыт этой страны. Теперь можно сказать, что Лукашенко и Ли Куан Ю сближает срок пребывания у власти — 31 год.
Что еще их роднит, это нетерпимость к инакомыслию. Ли Куан Ю стал одним из соавторов концепции «азиатских ценностей», которая служила идеологическим оправданием для ограничения индивидуальных свобод ради коллективной стабильности. Однако это, возможно, единственное, что сильно роднит белорусский и сингапурский авторитаризм.
Страна всегда твердо ориентировалась на США и Великобританию, а не на СССР/Россию и не на Китай. Хотя 70 процентов населения Сингапура составляют китайцы.
Руководители страны самые высокооплачиваемые в мире, зарабатывают несколько миллионов долларов в год — но зато не запускают рук в государственный карман.
Для бизнеса — это одна из самых благоприятных территорий. Ни о какой конфискации бизнеса или арестах с целью выкупа не было речи. Если ты имеешь собственность, то никто у тебя ее «именем революции» не отберет.
Сингапур хоть и был при Ли Куан Ю авторитарной страной, но там строго придерживались определенных правовых норм. Ни о каком «не до законов», ни о каком применении закона задним числом не могло быть и речи.
«Кефир стоит около 11 долларов, гречка — 10». Плюсы и минусы жизни в Сингапуре
Его помощник был агентом «Штази», а политику тайно поддерживал КГБ. Чему нас учит история Вилли Брандта
«Нет никаких государственных денег, есть только деньги налогоплательщиков». Чем Тэтчер отличается от Натальи Кочановой
Вацлав Гавел также отказался выйти из тюрьмы при условии выезда за границу. Но он был совершенно не похож на лидеров белорусской оппозиции
Комментарии
Вольныя людзі самі хочуць вызначаць свой лёс.