«Революция 2020‑го была задушена на взлете. И тут есть момент, который лично я считаю принципиальным и который нам надо осознать». Сергей Наумчик не согласился с Александром Федутой, который не согласился с Марией Колесниковой в оценке сути протестов лета-2020.
«Не соглашусь с Александром Федутой, что якобы никого не интересует, за что Мария Колесникова боролась в 2020-м. Не говоря уже об историках, которые будут изучать тогдашние процессы и мотивацию их лидеров — интересует каждого, для кого слово Беларусь — не пустой звук. Ведь результатом т.н. избирательной кампании и участия в ней стала национальная трагедия масштаба, которого белорусский народ в новейшей своей истории не переживал — тысячи заключенных, избитых и подвергнутых пыткам, сотни тысяч — в вынужденной эмиграции (последствия этого будут ощущаться десятилетиями).
И поэтому я оспариваю мнение, в том числе и некоторых моих очень известных и заслуженно авторитетных друзей, что в 2020‑м окончательно произошло политическое формирование нации. И дело даже не в том, что история нации началась не сейчас. В 2020‑м нация доверилась людям, которые даже не ставили вопрос об отмене союзных договоров с Россией (о чем Мария Колесникова тогда заявила не на первой ли пресс-конференции Координационного совета). Союзу со страной, которая на протяжении последних столетий была и остается угрозой существования белорусов как этноса. Где же здесь осознание политических интересов?..
События 2020‑го я бы назвал революцией. Или, более адекватно — попыткой революции. И, если уж совсем точно, — неподготовленной попыткой революции. А революции порой терпят поражение. И гораздо чаще, чем побеждают.
Можно было бы вспомнить последнюю волну национального Возрождения, вершиной которого было 25 августа 1991 года — через три года после апогея эта волна была насильно остановлена (не без участия Москвы, кстати). Но сравнение будет ошибочным: за эти три года был создан фундамент государства, сформированы его институты — армия, таможня, пограничная служба, финансовая система, открытые дипломатические миссии за рубежом. Лукашенко в этом смысле пришел фактически на готовое — причем как депутат он за формирование таких структур обычно не голосовал.
Результат тех лет — белорусская государственность, которая все же остается, как бы ее Лукашенко по кускам не обменивал у Кремля на собственное выживание.
Революция же 2020‑го была задушена на взлете.
И тут есть момент, который лично я считаю принципиальным и который нам надо осознать.
Нужно разделять понятия — вины и ответственности. Во всем том, что произошло после 9 августа 2020 года, виноваты не люди из штаба, которые обещали легкую победу. На них, бесспорно, ответственность, но вина — не на них. Виноват Лукашенко и его окружение, которые узурпировали власть и начали репрессии против народа.
Нам же всем нужно сделать наконец выводы. Один из них — хватит уже так наивно доверять тем, кто вдруг выскакивает ниоткуда (впрочем, понятия «вдруг» и «ниоткуда» могут быть относительными. Может быть совсем «откуда» и совсем «не вдруг»). Так в 1994‑м поверили Лукашенко, так в 2020‑м поверили тем, кто говорил, что выборы сфальсифицировать невозможно, что репрессии — миф, а «автозак — это просто машина».
Как говорит один мой друг: «Если тебя один раз обманули (воспользуюсь литературной формой) — это плохо, но не страшно: бывает с каждым. Если обманули второй раз — это повод очень серьезно подумать, что с тобой не так. Если обманули в третий раз — можешь даже и не думать: ты — идиот».
Третьего раза быть не должно, цена ошибки может оказаться для нации уже не просто трагичной, а — фатальной», — написал Сергей Наумчик в своем телеграм-канале.
Комментарии
А каму ўвогуле цікава канцэпцыя ВІНЫ? Гэта пра эмацыйнасць, пры рэакцыю ахвяры. Каб перамагчы, трэба быць не ахвярамі, а адказнымі людзьмі, апірацца не на нейкаю там віну, а на свой розум і моц