Зеленский все эти годы действовал не так, как действовали бы на его месте многие из нас, пишет Микола Бугай.
Владимир Путин назвал «хамством» письмо Зеленского ему.
Путин привык, чтобы перед ним растилались. А письмо Зеленского выглядит как ультиматум, как что-то, на что Путин не может согласиться. Фактически, Зеленский поднимает ставки максимально: ставит на то, чтобы довоевать до момента, когда в России, уже явно не радой этой войне, таки произойдет новый февраль 1917 года.
Зеленский все эти годы действовал не так, как бы действовали на его месте многие из нас.
В 2022 году он остался управлять обороной Киева — в ситуации, когда каждый другой руководитель государства эвакуировался бы на запад страны.
В 2025 году он заявил в адрес Трампа: страшно потерять союзника, но еще страшнее — потерять достоинство. В ситуации, когда руководители всех других государств планеты, кроме Китая, умиротворяли Трампа.
И вот теперь это письмо Путину.
Пропаганда в Минске интерпретировала письмо Зеленского как актерство.
Я же в нынешних действиях Зеленского не вижу ни романтизма, ни бравады, ни актерства. Вижу свойственный ему стоицизм с улыбкой на губах, как и четыре года назад, и год назад.
Зеленский исходит из понимания, что с Путиным и такими, как он, не договоришься по-хорошему. Зеленский понимает так: только если Путин заплатит властью или жизнью за эту войну, за эти горы трупов, только тогда и Украина, и Европа (добавлю — и белорусы тоже) смогут зажить спокойно. Не так важно, на какой линии остановится эта война, не так важно, захватят ли в конце концов эти безумцы Малую Токмачку и Великую Камышеваху. Важно, чтобы Путин заплатил за войну властью. Только это может дать надежду на продолжительный мир в Европе.
Ставка больше, чем жизнь. Зеленский загоняет Путина в колею, в одном конце которой признание собственной ошибки и вины, в другом — новый февраль 1917-го. Риск в том, что у Путина есть еще ядерное оружие. Однако Зеленский надеется, что попытки нажать на кнопку не допустят российские элиты, российский генералитет, что и положит конец этой бойне.
Сейчас читают
Музыка Тим Суладзе: Разница 30 лет — то, что соответствует моим представлениям об отношениях9
Комментарии
Серьезная аналитика. Ничего не скажешь. Для какой аудитории она расчитана?
[Зрэдагавана]