Владельца пса, который пометил cкульптуру городового в Минске, едва не задержали за оскорбление памятника
Так сложилось, что памятник городовому находится неподалеку от дома моей матери, где мы с мамой вместе с собакой решили прогуляться вечером. Собака, как это часто бывает с живыми собаками, а не с их бронзовыми изваяниями, иногда писают или помечают территорию. Так случилось и с памятником городовому — пес обнюхал эту странную скульптуру и оперативно пометил своего бронзового собрата у ног городового. Казалось бы, пустое дело. Но вскоре нас догнал молодой милиционерик и попытался задержать за оскорбление памятника. После того как он озвучил претензию, я на секунду подумал было, что даже не пес, а именно я сам пописал, самое малое, в Вечный огонь. Но нет, моя собака оскорбила памятник царскому полицейскому.
До штрафа или еще хуже, ареста, дело не дошло. К счастью, командир задержавшего нас молодого человека отличался большей интеллигентностью, чем его подчиненный. Тем не менее, настроение на весь вечер было испорчено. К тому же, оба они и не пытались скрывать, что мое подозрение о причастности лично министра к повышенной бдительности милиции вокруг городового с его собачкой — верное.
Хотелось бы в связи с этим событием задать министру несколько вопросов:
1) Во сколько нам обходится круглосуточная охрана памятника, который не имеет никакой исторической ценности?
2) Городовой представлен с пёсиком. А что, пёсик городового не писал?
3) За все время пребывания в Минске у меня сложилось впечатление, что те счастливые владельцы собак, что убирают, как и я, простите за эвфемизм, большие дела за своими питомцами — редкая группа маргиналов. Не обеспокоен ли товарищ министр такой ситуацией?
4) Ниже по улице, на которой стоит любимый памятник министра Шуневича, есть сквер с памятником Адаму Мицкевичу. Так там не то что собаки — люди писают под многочисленными елочками. Может, министр обратит на это свое внимание?
5) Мой пес, поскольку я живу вне Беларуси, писал и на Винцента Витоса, и даже однажды на Святого Вацлава, а еще — на дворец президента в Варшаве. Никому это не мешало. Чем же оправдан иной подход в Минске?
-
Лявон Вольский: «Если кто-то думает, что с сегодняшними наследниками советских палачей и убийц можно о чем-то договариваться, он жестоко ошибается»
-
Дедок: «Никакая политическая цель не стоит жизни людей»? У вас ноль понимания политики и ноль понимания жизни
-
Статкевич на обращение Золотовой и Колесниковой: Оно обесценивает страдания и жертвы, это идеология приспособленчества
Комментарии