Кравцов: Играть в эскалацию можно, если ты реально обладаешь силой. Европа поставила единственное требование — ноль политзаключенных
Иван Кравцов в эфире «Радыё Свабода» объяснил свое видение стратегии оппозиции.

Кравцов заметил, его нашумевший пост в фейсбуке не столько позиция, а анализ ситуации для того, чтобы профессионалы и активисты могли задуматься о продуктивности стратегии и конструкции, которую белорусская оппозиция строит за границей.
«Основной тезис очень прост – играть в эскалацию, играть в позицию силы можно, если ты реально обладаешь силой. Или когда ты понимаешь, как ее насобирать. В случае если ты понимаешь, что у противника, соперника есть преимущество в силе, то не играешь в игру противостояния силой.
Ты придумываешь маневры, проводишь маневровые операции и пытаешься достигать целей последовательно, в том числе и отходными путями», — говорит Кравцов.
«Когда за четыре года мы поняли, что оппозиция не стала сильнее, когда мы поняли, что мы не приближаемся к задачам, то, возможно, стоит себе честно ответить и признаться, что реальной стратегии по достижению результатов у так называемых демократических сил просто нет», — продолжает мужчина.
Кравцов замечает, что демократическим силам быть эффективными не позволяет ряд факторов. Основной из них — война в Украине.
«Сейчас освобождение политзаключенных — главная тактическая задача»
Философ Павел Барковский считает, что вопрос политзаключенных не должен перекрывать основную политическую повестку дня демократических сил, так как в таком случае системных эффектов не будет достигнуто. Кравцов ему оппонирует:
«Все страны, включая Евросоюз, американцы, поставили единственное требование — ноль политзаключенных в Республике Беларусь. Это единственное официальное требование, которое выставлено белорусскому режиму. Никто не говорит о смене власти, смене системы государства.
Есть одно требование — политические заключенные. Но это не просто так. Потому что имеется в виду, если вопрос будет решен, если мы окажемся в ситуации, когда политзаключенных будет ноль, это значит, что внутренняя политическая обстановка в Беларуси стабилизировалась.
Конечная цель — демократизация. Но вопрос — можем ли мы достичь этой цели в этом эпизоде? ( … ) Я считаю, что в условиях ограниченных ресурсов сейчас освобождение политзаключенных — главная тактическая задача. (…) Мы все хотим демократизации, но тактически именно эту задачу можно сейчас только решить».
«Надо сказать правду — мы просто ждем развязки ситуации, и просто у нас разные амбиции»
Кравцов отметил, что не считает белорусскую оппозицию за границей важным фактором перемен в Беларуси.
«Если пространство возможностей откроется внутри страны, то действовать будет не только оппозиция, которая находится за границей. Есть люди, которые находятся в тюрьме. Лидеры, которые намного популярнее тех, кто сейчас находятся за границей.
Появятся новые лидеры. Есть бизнес, который тоже заинтересован в политике, который себя еще не проявил.
Поэтому утверждать, что «мы храним эту святую чашу политики здесь в Варшаве, Вильнюсе», для меня как-то звучит очень самоуверенно. И организовать мобилизацию из-за рубежа — тоже очень самоуверенно.
Поэтому надо сказать правду — мы просто ждем развязки ситуации, и просто у нас разные амбиции».
«Радикальных оппозиционеров часто изолируют»
Кравцов считает, что позиция на эскалацию, радикализацию относительно режима Лукашенко может навредить и самим представителям оппозиции, которые за это выступают.
По словам мужчины, наличие радикального и умеренного крыла у белорусской оппозиции — полезно в случае возможного «круглого стола».
Однако, замечает Кравцов, «вопрос в том, что не всегда радикальная оппозиция — это хорошая позиция для того, чтобы рассчитывать на участие в этих переговорах».
«Очень часто она приводит к тому, что радикальных оппозиционеров изолируют обе стороны. Может быть, они выполняют важную роль психологического давления, но часто они себя показывают ненадежными партнерами (и для Запада в том числе).
Потому что, когда наши представители ходят и говорят, что хотят строить «виртуальное государство», выпускать паспорта, чтобы признавали правительство, это показывает не совсем адекватность этих фигур. И это также станет проблемой для этих фигур».
Сейчас читают
На Афоне обнаружили три неизвестных ранее экземпляра Острожской Библии. Для ее создания печатник Иван Федоров, выходец из Беларуси, использовал тексты Скорины
Комментарии
Чаму такія рускія выказваюцца на конт беларускай сітуацыі?