После многолетней и чрезвычайно сложной реставрации спасена старинная икона покаяния святого апостола Петра. Вскоре произведение займет свое место в костеле в Новом Свержене. Находка поражает не только мастерством реставратора, буквально вытащившего живопись с того света, но и своей нетипичной иконографией, которая встречается только в Италии.
О завершении работы сообщил приход Святого Казимира в Столбцах, во главе которого стоит ксёндз Игорь Лашук. Над восстановлением полотна много лет работал белорусский реставратор Александр Лагунович. Судя по фотографиям «до», произведение находилось в катастрофическом состоянии: авторская живопись понесла большие потери.
Нетипичный Пётр и символ петуха
Сюжет иконы отсылает к известному евангельскому эпизоду, который в западноевропейском искусстве часто называют Gallicantu (от латинского — «пение петуха»). Он иллюстрирует момент наивысшего духовного перелома апостола Петра, который трижды отрёкся от Христа до того, как запел петух, а после, вспомнив пророчество Учителя, горько заплакал.
Однако наибольший интерес представляет не сам сюжет, поскольку он был довольно популярен в эпоху барокко, а композиционное решение. Обычно в искусстве того времени, например, на известной картине Жерара Зегерса, Петра изображали в классической позе молитвенного экстаза: преклонившим колено или со сцепленными в молитве руками, поднятыми к груди.
На сверженской же иконе мы видим совсем другого, максимально человечного и даже неформального Петра. Он сидит, закинув ногу за ногу, его руки не в молитве, а сцеплены прямо на голой ноге. Лицо святого, покрытое морщинами, обращено вверх, в глазах — немой вопрос к Небесам.
Болоньяская школа
Приход обращает внимание на то, что подобная по иконографии икона есть в столице Словении — Любляне. Действительно, в Национальной галерее Словении хранится полотно первой половины XVII века «Покаяние святого Петра», авторство которого приписывают неизвестному мастеру Болонской школы, вероятно, последователю Лодовико Карраччи или Алессандро Тиарини.
При сравнении словенского экспоната и сверженской иконы их родство становится очевидным. Совпадает и общая концепция: фигура святого в плаще, который сидит с обнажёнными ногами, сцепленные в замок пальцы рук.
Но что самое интересное, так это лицо апостола Петра: наклон головы, выражение глаз, форма бороды, игра светотени на щеках и на шее — на белорусском полотне они почти идентичны итальянскому оригиналу, будто срисованы с него.
Различия заключаются лишь в деталях композиции. На болонской картине Пётр закинул ногу на ногу иначе, а петух сидит на обломке колонны слева, а не в тени справа, как на белорусском полотне. Также изменилась драпировка одежды.
Такие сходства — не случайность, но это не значит, что в Новом Свержени висит оригинал итальянского мастера. В XVII—XVIII веках этот сюжет мог попасть в Великое Княжество Литовское через гравюры, сделанные по итальянским полотнам. Но редкость именно такого варианта позы апостола наводит на мысль, что в случае с иконой из Нового Сверженя преемственность могла быть без графических посредников.
Благодаря работе реставратора Александра Лагуновича произведение вернуло свои первоначальные цвета и выразительные черты и вскоре вернётся в костёл Святых Петра и Павла в Новом Свержени.
«Наша Нiва» — бастион беларущины
ПОДДЕРЖАТЬ
Комментарии
[Зрэдагавана]