Режим в Иране изменился — причем в худшую сторону

Несмотря на надежды президента Трампа, который через месяц после начала войны назвал новое руководство Ирана «более разумным», реальность оказалась иной, пишет The Wall Street Journal. Новая элита не только усилила репрессии внутри страны посредством арестов и смертных казней, но и перешла к агрессивным действиям в регионе.

Иран установил фактический контроль над Ормузским проливом, через который проходит 20% мировых поставок нефти, и продолжает наносить неспровоцированные удары по арабским соседям. Даже неудачные переговоры в Исламабаде показали, что рядом с прагматиками в делегации теперь находятся люди, которые категорически отказываются от диалога с Западом.

«Война изменила режим — и не в лучшую сторону. Мы создали реальность, которая хуже той, с которой иранцы сталкивались до войны», — цитирует издание слова Дани Цитриновича, который ранее возглавлял иранский отдел израильской военной разведки.

Продвижение убийц

Иранские сторонники жесткой линии — антизападные идеологи, нетерпимые к внутренней оппозиции — всегда занимали свое место во властных кругах, а их влияние росло под патронажем старшего Хаменеи. Но теперь они полностью доминируют в политическом и военном руководстве страны.

Среди них — новый глава национальной безопасности Ирана Мохаммад Багер Зольгадр. Во время ирано-иракской войны он сделал карьеру в КСИР (Корпусе стражей исламской революции), а позже стал одним из основателей спецподразделения «Кудс», которое специализировалось на подготовке иностранных группировок для нападений на врагов Ирана, а также создал военизированную структуру для насилия над политическими оппонентами.

Его взгляды настолько радикальны, что даже тогдашний лидер сил «Кудс» Касем Сулеймани временно уходил в отставку в знак протеста против его методов.

По данным источников издания, Зольгадр оказывает большое влияние на переговоры с США: он получает отчеты от представителей и фактически определяет их решения. Его предшественник Али Лариджани, убитый в прошлом месяце, также не был «голубем мира», но считался прагматиком и имел репутацию умелого переговорщика.

Другие ключевые фигуры, такие как новый командующий КСИР Ахмад Вахиди и военный советник Мохсен Резайи, обвиняются в участии в теракте в Буэнос-Айресе в 1994 году, где погибли 85 человек.

Вахиди основал Тегеранскую школу управления, которая формирует новое поколение политиков под надзором КСИР. На посту министра внутренних дел он руководил подавлением женских протестов в 2022 году.

Резаи, ответственный за стратегию во время ирано-иракской войны, что стоило жизни 250 тысячам человек, теперь обещает врагам возмездие, которое выходит за рамки принципа «око за око»: «Это будет голова за глаз, рука и нога за глаз».

По словам Саида Голкара, эксперта по иранским спецслужбам из Университета Теннесси, эти назначения свидетельствуют об окончательной победе самой радикальной группировки, что делает затягивание конфликта более вероятным.

Павялічыць

Вытеснение реформаторов

В центре этих событий — Моджтаба Хаменеи, который давно является центральной фигурой, связывающей и продвигающей радикальных чиновников и помогающей формировать политический курс Ирана.

Восхождение Моджтабы и его окружения было прямой реакцией на рост популярности реформаторов 25 лет назад. Уже в 2002 году младший Хаменеи начал продвигать ультраконсерваторов на ключевые позиции в государственных СМИ и пропаганде.

Позже его обвиняли в том, что в 2005 году он с помощью «Басидж» и КСИР способствовал победе на президентских выборах Махмуда Ахмадинежада, а выборы 2009 года фактически превратил в «электоральный переворот».

Именно тогда Иран окончательно свернул с пути реформ. Протесты 2009 года, во время которых люди скандировали «Смерть Моджтабе! Чтобы ты никогда не стал лидером!», показали глубину народной ненависти к его персоне, но силовики сумели подавить сопротивление, закрепив власть консервативного клана.

В основе — радикальная мессианская доктрина

Как пишет WSJ, духовным фундаментом нового режима стала радикальная мессианская доктрина — махдавизм. Ее главным идеологом был наставник Моджтабы, аятолла Месбах Язди, который утверждал, что подчинение Верховному лидеру равносильно подчинению Богу.

Махдавизм, который преподают в иранских семинариях и во время боевой подготовки, продвигает мысль, что построение истинного исламского общества и уничтожение врагов Ирана — прежде всего Израиля — ускорит приход имама Махди. Шииты верят, что эта фигура принесет в мир мир и справедливость.

Доходит до того, что высокопоставленные командиры в эфире государственного ТВ призывают матерей отправлять детей на войну, цитируя имама: «Убивай! Убивай!».

Павялічыць

Сам Моджтаба Хаменеи ранее рассказывал своим соратникам о снах, в которых видел себя Хорасани — героем из религиозных преданий, который должен появиться в историческом регионе Хорасан, чтобы возглавить силы в поддержку Махди против врагов ислама.

WSJ подчеркивает, что апокалиптическая доктрина махдавизма определяет поведение режима во время войны и оправдывает действия, которые в противном случае могли бы показаться иррациональными, например, расширение конфликта на страны Персидского залива.

• 2
• 0
• 1
• 2
• 5
• 3
• 4
• 0