«Дурные деньги» и семейные фирмы. Сколько зарабатывали писатели в БССР?
Если бы Шамякин или Быков в 1970‑х годах жили на Западе, то были бы миллионерами. Почему? Потому что работали бы с коммерческими издательствами и киностудиями. А что было в БССР? «Будзьма» рассказывает, как выглядела финансовая жизнь писателей и насколько отличалась от жизни «обычных советских людей».
О капиталах топовых советских писателей в СССР ходили легенды. О Шолохове, например, вспоминают сразу две истории. Первая касается личного вертолета. Вторая — пианино. Шолохов не умел играть на инструменте, а использовал его как «сейф» для наличных. Деньги якобы пересчитывала его помощница, которая регулярно «дурила» классика…
Писатели БССР, безусловно, относились к интеллектуальной элите (некоторые и к финансовой). Но их жизнь была куда более скромной, чем у российских коллег. Что же они имели и — на что тратили гонорары?
От Chevrolet до моторной лодки
Универсальный показатель благосостояния советского человека — автомобиль. Первопроходцем здесь был Янка Купала — владелец Chevrolet Master Deluxe GA, 1937. Раритетное авто — подарок 1‑го секретаря ЦК КПБ Пантелеймона Пономаренко (понятно, не из собственного кармана). Правда, классик пользовался подарком совсем недолго: с 1939 по 1942 годы. До этого у Купалы был советский ГАЗ-М-1, с которого и пересел на тот лимузин.
В послевоенные годы количество авто у писателей увеличилось. Макар Последович в 1950‑х обзавелся «трофейным» немецким Opel Kadett. Алексей Зарицкий приобрел «Москвич», Тарас Хадкевич, Петр Глебка и Иван Шамякин — «Волгу», Всеволод Кравченко — «Победу». Интересно, что писатели после войны впервые сами сели за руль, не пользуясь услугами шоферов (как Купала).
Показатель роскоши — это гараж. Когда Быков купил за гонорар от повестей «Обелиск» и «Дожить до рассвета» свой второй автомобиль (пересел с «Жигулей» на «Волгу»), то сразу озаботился вопросом безопасности. Сам придумал замок повышенной сложности, а в дополнение — противоугонное устройство. Добавим, что у Быкова была еще… моторная лодка!
Обычно автомобили распределяли через Союз писателей, который оформлял заявки: в СССР мало было иметь деньги, нужно же было дождаться своей очереди! Так, с помощью Союза «Волгу» (ГАЗ-21, 1960 г.в.) получил Иван Мележ — чтобы ездить на Полесье да возить рукописи в московские издательства. Кстати, водительские права в семье Мележей были и у мужа, и у жены.
Дом писателей. Дьявол кроется в деталях
Квартиры в СССР распределялись по корпоративному принципу. Были дома «ученых», «врачей», «военных»… Дом писателей на Маркса, 36 хорошо иллюстрирует положение творческой интеллигенции. Здесь, в самом центре столицы, имели квартиры Василь Витка, Янка Мавр, Максим Лужанин, Петр Глебка, Ян Скрыган, Владимир Короткевич и другие.
Но дьявол кроется в деталях. За строительство отвечала Фани Аллер, которая возглавляла Литфонд. Дама была «партийной женщиной», поэтому не обращала внимания на бытовой комфорт своего проекта: кухни в квартирах оказались крошечными. Лифта — вообще не было. Двухкомнатные — по 56 квадратных метров, трехкомнатные — 89… Неплохо, но — ничего роскошного.
Зато было место для кабинетов и больших писательских библиотек. Книги — «разрешенная» форма роскоши для литераторов. Поэтому их покупали, перекупали, дарили, на них охотились по букинистическим магазинам, даже за границей. Они же, книги, становились первыми «жертвами» после смерти литераторов: наследники распродавали библиотеки направо и налево…
Семья Янки Мавра первой купила телевизор, поэтому дети других писателей бегали к ним смотреть передачи. И так во всем: таскание мебели происходило своими силами (толокой, без грузчиков). На праздники или поминки — мебель одалживали у соседей (на табуретках под сиденьем подписывали номера квартир). Авторемонт, как и домашние ремонтные работы — все сами. Разве это роскошь?.. Подумайте сами.
Зонты, зажигалки и… запрещенный Playboy
Важный момент, который выделял писателей среди обычных граждан, — «загранпоездки». Максим Танк в 1950‑е — 1980‑е годы был самым экспортным белорусским литератором. Объездил не только Польшу, Югославию, ГДР, Венгрию и Югославию, но и — США, Финляндию, Великобританию, Канаду, Чили… Абсолютно невероятная география для советского человека!
В Штатах также побывали Андрей Макаенок, Иван Шамякин, Аркадий Кулешов, Евгения Янищиц, Алесь Адамович, Пятрусь Бровка, Борис Саченко. Понятно, поездки происходили не за писательские частные деньги и не по их инициативе, а в составе официальных делегаций — как правило, по линии ООН. В Нью-Йорке выдавали даже небольшие суточные в валюте.
Книга Шамякина «Два месяцы ў Нью-Йорку» дает представление о тех вояжах. Топовые интеллектуалы БССР обходили дорогие магазины, искали распродажи («сейлы») или магазины на окраине. Экономили на обедах в ресторанах, чтобы складывать цент к центу, а в результате — хоть что-то привезти домой.
Что везли? Западные пластинки, джинсы, магнитофоны, плееры, детские игрушки, даже зонты и зажигалки. Максим Танк, как пишут, привозил целые чемоданы галстуков — на подарки. Квартиры писателей после поездок на короткое время превращались в «выставки американских товаров».
А еще по возвращении нужно было написать «отчет»: где был, с кем виделся, о чем спрашивали, не искали ли «коллеги по цеху» запрещенных авторов или… журналы Playboy? К слову, советская таможня проверяла всех одинаково: «запрещенку» приходилось прятать, независимо от писательского статуса.
Муж — пишет. Жена — делает все остальное…
Из чего же состояла писательская бухгалтерия? Товаром литератора был «авторский лист» — 24 страницы машинописного текста. Стоимость листа зависела от статуса писателя: живой классик мог получить за лист максимальную ставку, то есть от 300 до 800 рублей! Это «дурные деньги», если учесть, что средняя зарплата в 1970‑х — 1980‑х — 120—150 руб. в месяц.
Сумма могла увеличиваться в зависимости от тиража. Если тебя переводят на русский язык и издают в Москве — гонорар прирастает в разы. Если издают по-польски, по-немецки, по-чешски… — соответственно. А еще есть киносценарии или, например, заказные издания: туристические буклеты для иностранцев. Можно жить!
Иван Шамякин в 29 лет (!) уже получил Сталинскую премию: это не только статус, но и — 25 000 дореформенных рублей. Это — несколько годовых окладов специалиста или несколько автомобилей. Главное было войти в «пул» топовых авторов, а позднее — не снижать темп работы и объемы написанного. Результат: шикарная квартира, дача, автомобиль с собственным водителем.
Якуб Колас за «Хату рыбака» и толстенную трилогию «На ростанях» получил еще большие суммы (50 000 — 100 000 рублей). Поэтому писатель мог финансово помогать близким и землякам. Было из чего! Добавим, что и старые произведения писателя могли переиздавать снова и снова, причем — на разных языках. Перечень успешных литераторов можно продолжать: Быков, Бровка, Адамович…
Интересно, что жены писателей при этом работали на обычных работах, а не жили на всем готовом. Более того: «заведовали хозяйством». Хороший пример — Владислава Францевна, жена Купалы, которая подписывала за него документы. В случае Шамякина «ангелом-хранителем» была… теща. Она готовила, покупала, мыла, убирала, заваривала травы. А главное: все делала — бесшумно.
Жены зачастую спасали писателей от расточительства, пьянства или, по крайней мере, старались спасти. Обеспечение бытовых условий, от «диеты» до полной опеки над детьми и «режима тишины», было осознанной стратегией. То есть писательские семьи работали как «фирмы». Муж — пишет, жена — делает все остальное.
Крах «экосистемы»
После краха советской системы писатели столкнулись с серьезными вызовами. Побеждал рынок, а не статусность и награды. Квартиры, гаражи, дачи и библиотеки зачастую продавались ниже рыночной стоимости. Архивы — оказывались на помойке… Сами же писатели почувствовали обиду на государство: «экосистема», созданная специально для них, рассыпалась.
Но это — уже совсем другая история.
Чернякевич: Не ждите триумфального шествия белорусской литературы по Европе
Геннадий Буравкин. Как потеряв должность, сохранить честь
Андрей Федаренко написал эссе о Янке Брыле, но оно больше чем просто о Брыле или литературе
Янка Брыль: как счастливо прожить несчастливую эпоху
Белоруска купила сталинку у дочери Янки Брыля и показала, как ее переделала ФОТО
Минчанка купила квартиру в писательском доме, сделала там ремонт и проводит литературные встречи
Сейчас читают
Электронную «Белорусскую энциклопедию», созданную как пространство «достоверного знания о Беларуси», тихо ликвидировали вместе с редакцией. Массу статей передали Гигину66
Комментарии
Их даже в СССР никто по доброй воле не читал, это были убогие поделки по лекалам "соцреализма", их всучали в "нагрузку" к "3 мушкетерам"