«Почему белорусы нас не защитили?» Шукелович рассказал малоизвестную историю семьи Богушевича

Одним из самых сильных воспоминаний, которые она пронесла через жизнь, была обида: почему белорусы их не защитили?

Сам Шукелович вырос на Ошмянщине, неподалёку от мест, связанных с Богушевичем. Он рассказывает, что ещё в детстве слышал о поэте не как о хрестоматийном классике, а как о живом человеке.

«Меня растили две сестры, наши жупранки, пожилые женщины. Муж одной из них был соседом Франтишка Богушевича в Кушлянах. Они знали много историй о самом Богушевиче, много мне о нём рассказывали. Они рассказывали и о восстании, их деды или прадеды помнили о восстании Кастуся Калиновского. Как люди прятались в лесах, как это всё жило. Как, кажется, Богушевич, хотя говорят, что это был его брат, в Жупранах во время восстания Калиновского выступал на рыночной площади, агитировал людей поддержать восстание, противостоять Российской империи».

Уже живя в Варшаве, Шукелович отыскал через Фейсбук потомков Богушевича и встретился с Кристиной Шманьдой. Она родилась в 1932 году под Сморгонью. Её мать Станислава Томашевская была дочерью Томаша Богушевича — сына Франтишка Богушевича.

«У неё была обида на белорусов»

В 1940 году семью вывезли в Сибирь. Кристине было семь лет, её брату — три. Шукелович говорит, что детская травма осталась с ней на всю жизнь.

«Она очень интересная личность, шляхтянка, много лет учительница. Но я почувствовал у неё такую травму, обиду из-за того, что она в семилетнем возрасте вместе с матерью и братом — брату было три года — была выслана на поселение в Сибирь, где они прожили очень тяжёлые времена. У неё была обида на белорусов, что они допустили это, что они не защищали. У неё было такое представление как у ребёнка, что это белорусы сделали, что пришли, арестовали её мать и их — те люди, с которыми они жили рядом. Почему они не посмотрели, что это дети? Почему они этого не увидели? Где была эмпатия этих людей? Я не берусь никого судить, я только описываю, как это было».

По словам Шукеловича, наиболее яркие воспоминания Кристины о Сибири были не о политике и репрессиях, а о голоде. Семья жила в сделанной из дёрна землянке. Девочка искала на лугу дикую морковку, ела полугнилую кислую капусту и на всю жизнь запомнила конфету, которой её угостил другой ссыльный.

Писала письма белорусским писателям

Отдельно Шукелович упоминает историю матери Кристины. По его пересказу, та писала из Сибири белорусским писателям и просила помочь хотя бы детям. Ответа не получила. Но сама семья тогда не знала, что происходило в это время с белорусской интеллигенцией.

«Мать писала письма белорусским писателям, чтобы они заступились, чтобы они по крайней мере детей освободили оттуда, от этой голодовки. И никто ничего не ответил. Но, наверное, те самые белорусы не могли до них дойти, ни на что не влияли. Половина белорусских писателей сама была в Сибири — или расстреляна, или лежит в Куропатах. Но она этого не знала, у неё не было возможности узнать, никто ей об этом не сказал».

Позднее мать Кристины арестовали, и некоторое время дети оставались без неё в детском доме. В 1942 году семье удалось покинуть СССР во время формирования армии Андерса. Их путь прошёл через Персию — нынешний Иран, а затем Индию. В Польшу семья вернулась в 1947 году.

Шукелович говорит, что эта семейная история заставила его задуматься не только о прошлом. Он сравнивает судьбу семьи Богушевича с ситуацией современных белорусов, часть которых не может вернуться на родину из-за угрозы политического преследования.

«Это показывает, как Польша тогда защищала своих земляков, своих граждан. Я сравниваю невольно с нынешней Беларусью и с тем, как Беларусь относится к собственным гражданам. Паспорт мы продлить не можем, в Беларусь вернуться не можем, нас ещё эта страна схватит и не то что защитит, а ещё и накажет».

Кристина Шманьда после войны жила в Польше, окончила химический факультет и работала учительницей химии в Варшаве. Она умерла в 2023 году.

• 2
• 0
• 1
• 1
• 0
• 5
• 0
• 1