Как живут Мовшуки из Пинска — в 2020‑м мужа и жену посадили, а детей собирались отправить в приют
В 2020‑м много говорили о пинской семье строителя Сергея и санитарки Елены Мовшуков: маму и папу посадили за протесты, а их маленьких детей едва спасли от приюта. Мы поговорили с Еленой Мовшук о том, что у них слышно.
Елена и Сергей Мовшуки в Вильнюсе после освобождения. Фото: архив собеседника
«Байсол» организовал сбор денег для семьи, чтобы поддержать пару после выхода Сергея. Поучаствовать можно здесь.
Сергея и Елену Мовшуков задержали еще 10 августа 2020‑го за участие в послевыборных протестах. 9 августа Мовшуки вышли к пинскому горисполкому, чтобы узнать результаты голосования, и оказались в центре столкновения с силовиками. Елена подошла к шеренге силовиков и ударила по щитам руками и деревянным колом, не остался в стороне и Сергей.
Мовшука в итоге приговорили к 6,5 годам заключения, его жену — к 6 годам. Оба попали на строгий режим к рецидивистам — отозвалось непростое прошлое.
Однако Мовшуки вышли на свободу раньше. Елену депортировали в Литву 12 февраля 2025-го, Сергея — 19 марта 2026-го.
Сейчас Елена и Сергей живут вместе в Вильнюсе. Елена работает уборщицей в тренажерном зале, ее муж только в ближайшие недели получит разрешение на жительство и тогда сможет официально работать.
Работа для него найдется, уверена Елена:
«Когда получит литовский ВНЖ, то найдет себя, он же плиточник, строитель. Мы из-за этого не волнуемся».
Женщина вспоминает, как впервые за почти шесть лет увиделись с мужем:
«Позвонили, сказали, что его везут в Литву. Я взяла такси, встретила его, поехали домой…
Тяжеловато было морально, пока он не опустился на землю и не понял, где он находится и что он на свободе. Я понимаю, что я, наверное, тоже такой была после тюрьмы. Прошло время, и он немного сориентировался, город изучил, ходили с ним по Вильнюсу — где-то я его водила, где-то он один гулял».
Елена рассказывает, что болезненная тема для их семьи — общая младшая дочь, 10‑летняя Карина. Другие ее дети взрослые, со своими семьями, и Мовшуки понимают, что те не захотят выезжать из Беларуси.
У Елены есть 16‑летняя дочь Ангелина — как и Карина, она живет у родственников. Но Ангелина закончила 9 классов и поступает в 10-й, поэтому Елена с мужем решили ее не трогать — мол, пусть учится. Однако младшую, единственную общую дочь Елены и Сергея, пара все-таки хотела бы перевезти в Вильнюс, чтобы «она увидела другую жизнь — может, у нее бы тут что-то получилось».
Елена говорит, что Сергей часто вспоминает малышку.
«Это его единственная дочь, и так получилось, что он ее не растил из-за тюрьмы […] Бывают срывы, когда он начинает говорить — как хочу доченьку обнять, как хочу доченьку сводить погулять… Это очень тяжело», — делится женщина.
И Сергей, и Елена были выдворены из страны, поэтому не имеют возможности приехать и забрать дочь, которая находится под опекой у старшей дочери Елены. Родители Карины пытались хотя бы найти адвоката, чтобы тот представлял интересы Мовшуков — но адвокаты говорят, что Елене нужно приехать и на месте подписать договор:
«Если суд будет мне возвращать ребенка из-под опеки, я тоже должна буду присутствовать на суде. Много сложностей. А когда я говорю, что не могу приехать, что мне по политическим причинам запрещено въезжать в Беларусь, мне сразу отказывают».
Чтобы найти какой-то выход, Мовшуки даже разговаривали с американскими переговорщиками в посольстве. Елена контактирует с дочерью по видеосвязи и говорит, что и Карине непросто:
«Ребенок тоже нервничает, это заметно, когда мы разговариваем с ней. Она очень папу любит, ей тоже хочется поскорее встретиться».