На спектакли этого белоруса билеты раскупают за несколько месяцев до показа
В финальной сцене герои спускаются в зал и садятся рядом со зрителями.
На днях журналисты попали на очередную премьеру в РТБД. Ближайшие билеты на спектакль теперь доступны в марте. Хотите поспорить с кассиром? Вы услышите в ответ: «А что вы хотели, это же Корняг…» И правда, независимо от театра, имя этого режиссера ассоциируется с аншлагом в зале и голодными играми в попытке выхватить билет, пишет Onliner.by.
«Забалоцце» завершает триптих постановок под названием «Песня ў адной дзеі».
Базируются они на белорусских народных напевах и соответственно затрагивают три темы: свадьба («Шлюб з ветрам»), рождение ребенка («Пачупкі») и смерть (само «Забалоцце»).
Евгений Корняг на пару с Екатериной Аверковой работают над белорусским фольклором, переосмысливая события, которые каждый из нас встречает в своей жизни.
Все мы хоть раз были на свадьбе (возможно, и не на своей), видели мать с ребенком, прощались с близкими.
Сюжет спектакля стоит посмотреть на сайте заранее: его основой стала реальная история восьми братьев, не вернувшихся с фронта во время Великой Отечественной войны. Боль, утрата и страх отражаются в народных песнях.
В зале гаснет свет, и ты чувствуешь себя в материнской деревне — передо нами большой заснеженный холмик, небольшое озерцо, микрофоны, издали напоминающие камыш. Женщина лет 50 выходит к зрителям в теплом кожухе, но босая — и начинает звать «дедов» — соответственно, умерших предков. Постепенно другие актеры присоединяются к ней на сцене, и их голос сливается в хор. Многоголосность — основной «признак» трилогии.
Уже несколько лет Корняг работает с минским театром кукол — и в «Забалоцці» это чувствуется достаточно сильно. Из дверей в земле посреди холма появляется фигура человека. Вместо рук, ног и даже головы у него — лопаты. Позже из костылей ребята на сцене составляют большую корову. (Не можете себе такое представить?).
Животное громко зовет кого-то, становится на задние копыта, вытягивает голову в первые ряды — кажется, можно к нему прикоснуться.
Зато можно посоветовать выбирать билет в правой половине зала. На спектаклях этого режиссера много зависит от того, где вы будете сидеть и на какие сцены вам откроется самый лучший вид. В правой части количество их наибольшее.
Для себя выделяешь три отличительных момента истории: прощание перед отправкой на войну, становление солдата (обнаженное тело парня охватывает шинель) и его похороны.
Герой, которого кладут в него насильно, старается избежать смерти. Он кричит, плачет, повторяет движения из прошлых спектаклей (очевидно, вспоминая свою жизнь до войны). Но все впустую. Могилу — дверь в потусторонний мир запирает его девушка.
Спектакль показался исключительно женским — и это с учетом такой мужественной истории. Сцены с мужчинами на войне отходят на второй план — и мы фокусируемся на жизни, которая продолжается в деревне. Здесь женское горе, обида на судьбу, сложившуюся именно таким образом, попытка найти в себе силы двигаться дальше. Женщине приходилось баюкать этих мальчиков на своих руках, женщине придется и оплакать их смерть.
Время от времени становится трудно пробиваться сквозь большое количество символов — ловлю себя на мысли, что мне нужны дополнительные руки, чтобы успевать записывать все сцены для этого текста.
Почему-то появляется ощущение, что «Забалоцце» движется быстрее, чем «Шлюб» или «Пачупкі», несмотря на такую мрачную тему.
В финальной сцене герои спускаются в зал и садятся возле зрителей. Пение продолжается. И ты чувствуешь себя частью этого хора, частью общей истории. Актеры выходят на четыре поклона подряд. Гул обсуждений, сначала наполнив этажи театра, рассыпается по улицам Минска. Спектакль закончился.
Лекарств от смерти не существует, но существуют вещи, которые помогут с ней справиться, — и этот спектакль одна из них.
Комментарии