«Силовики полистали календарь с моими картинами, хотели забрать, а потом сказали: «Ай, красивый — пускай висит!»
О котиках-президентах, почему Беларусь — страна-соцсобес и в чем сходство белорусов с латышами рассказала «Салідарнасці» белорусская художница Ольга Якубовская.
С августа 2020-го Ольга Якубовская нарисовала более 200 работ с котиками, символизирующими героев белорусского сопротивления. Работы серии «Котики свободы» печатались на календарях, открытках, значках и стикерах.
«Я иллюстрировала книги для детей, а теперь — нашу жизнь», — говорит Ольга. Выставки ее знаменитых котиков-героев прошли уже в Латвии, Польше, Бельгии, Монако, Италии.
К первой годовщине белорусского протеста художница изобразила в виде котиков Светлану Тихановскую, Марию Колесникову и Веронику Цепкало. Недавно эта картина «9 августа 2020 года» выставлялась в Даугавпилсе в рамках выставки «25 шагов к свободе». Ольга Якубовская открывала ее вместе со Светланой Тихановской.
— Эта выставка уже была в Рижской думе. И наши друзья, группа депутатов латышского Сейма, которые поддерживают свободную Беларусь, давно хотели, чтобы выставку показали и в восточном регионе Латвии. Там довольно много людей, которые поддерживают Лукашенко, и таким образом было решено привлечь внимание к продолжающимся в Беларуси репрессиям.
Даугавпилс находится на границе, и жители Латвии свободно ездят со своими пенсиями и зарплатами в Беларусь, радуясь ценам и видя только то, что хотят увидеть. Не желая понимать, что везут свои деньги человеку, у которого руки по локоть в крови. Это люди, для которых свобода — пустой звук. Такие есть и в Латвии, и в Беларуси.
Наша Беларусь сейчас во многом напоминает страну-собес: зачастую мизерного заработка хватает от аванса до зарплаты, и многие просто выживают. В Латвии таких тоже хватает. Я не могу их обвинять или осуждать, хоть меня дико пугает, что в сегодняшней ситуации кто-то еще может любить Лукашенко и Путина.
— Ольга, в ноябре прошлого года вы подарили свою картину президенту Латвии Эдгару Ринкевичу, который изображен на ней котиком вместе со Светланой Тихановской. Как он отреагировал?
— Нас пригласили в МИД, и мы, как суполка белорусов в Латвии, захотели поздравить господина Ринкевича с избранием на должность президента. Была милая душевная встреча в МИДе, мы вручили ему мою работу. Мне кажется, он очень обрадовался.
На встрече был и посол Латвии в Беларуси Эйнарс Семанис. Он нам очень помогает, его жена Татьяна — замечательная художница.
Однако в Латвии принято, что госслужащие оставляют подарки там, где им их вручили. И мои котики теперь находятся в витрине мидовского музея.
Так что господин президент остался без котиков. А я задумалась, что, наверное, надо сделать еще одну работу и вручить картину уже ему лично, поскольку на ней изображены два президента: он и Светлана Тихановская.
«Не переживайте, у вас тоже так будет! Мэр — всего лишь выборная должность, такая же, как и президент»
— Здорово жить в свободной стране, понимая, что чиновники любого ранга — это просто люди. Когда-то общались на эту тему с тогдашним мэром Риги Мартиньшем Стакисом, который в позапрошлом году приходил поддержать нашу акцию в годовщину белорусских протестов.
Я сказала Стакису: «Так странно, что можно просто подойти и поговорить с человеком, который пришел поддержать. И это мэр города». Он ответил: «Да, я просто мэр здорового человека. Не переживайте, у вас тоже так будет! Мэр — это всего лишь выборная должность, такая же, как и президент».
— Кому из героев вы подарили их портреты в виде котиков помимо Нины Багинской, с которой и началась ваша серия? Вы говорили, что она вас спасла, потому что, оказавшись в лавине безумного насилия, вы поняли, что можно либо сойти с ума или начать делать то, что умеешь. Например, рисовать котиков.
— Да, все так. Но сейчас я стараюсь быть осторожной с именами, чтобы не навредить людям в Беларуси, поскольку мои страницы в инстаграме и фейсбуке признаны экстремистскими.
Открытки и календари с моими работами изымались при обысках, потому что на каждой есть наша символика. Людям добавляли сутки просто за то, что находили мои работы в мобильниках.
Но было и другое. Мне рассказывал знакомый, вышедший на свободу после двух лет тюрьмы: «У нас дома висел ваш календарь, но силовики его полистали, хотели забрать, а потом сказали: «Ай, красивый — пускай висит!»
Портреты своих героев, из тех, кто выехал и сейчас в безопасности, я подарила Никите Моничу, Маляванычу, Саше Ивулину, Вольному хору, группам Kriwi и Irdorath и многим другим.
Недавно был стрим с BySol, и мне написал парень после отбытия срока: «Ваши открытки нам там так помогали!» Было время, когда мои открытки еще можно было передать в белорусскую тюрьму. Для меня это очень ценно — когда понимаешь, что все не напрасно.
«Наша вавёрка в Латвии — вавере»
— К сожалению, сегодня не могу держать тот темп, который был после выборов, когда случился подъем, была надежда, и я рисовала работу раз в три дня. Это был какой-то супермарафон.
За эти четыре года мы тоже пережили много чего, в том числе переезд в Ригу. Но при всех сложностях и непонятках я все равно буду создавать свои работы до тех пор, пока Беларусь не станет свободной.
— Как пережили начальный период эмиграции, который многих утаскивает в депрессию?
— Тяжело, как и многие. Когда в чужой стране, не зная языка и традиций, не понимаешь вообще ничего.
Но у нас тут есть суполка, которая поддерживала с первых дней. Многие приезжали и жили на чемоданах: кто год, кто полтора — надеясь, что завтра все закончится, и вернемся домой.
Но закончились деньги, закончилась возможность легального пребывания, и только тогда люди начинали адаптироваться и что-то делать, понимая, что они тут надолго.
Параллельно мы лечились морем, в любую погоду при первой возможности ездили и гуляли, проветривали мозг. Любовались красотой Риги, понимая, что жизнь продолжается. Я не прекращала работать, поскольку моя работа, творчество — лекарство от всех болезней.
Тут есть организация Droša māja («Безопасный дом»), которое помогает беженцам в Латвии. Она предоставила возможность посещать бесплатные адаптационные курсы и курсы латышского языка.
Оказалось, что у Латвии и Беларуси очень много общего, даже в словах. Например, наша вавёрка — vāvere. Ребята в суполке даже придумали игру «Угадай слово», сделав специальные карточки.
Уже второй год подряд наша Supolka.lv (организация белорусов Латвии) участвует в проведении Дня Риги. Кроме игры-викторины «Угадай слово» проводим мастер-классы. В этом году я проводила мастер-класс по росписи шопперов (рисовали котиков!).
Бывает, поет латышский хор, а я думаю: «Выступают белорусы!» Прислушиваешься и понимаешь, что нет, но очень похоже своей напевностью и музыкальностью.
Латыши, как и белорусы, очень любят петь и танцевать. И их это тоже в свое время спасло, когда они были вынуждены бежать из Латвии в 40-х годах прошлого века. Диаспоры сохраняли свой язык и себя через музыку и танцы.
Сейчас раз в пять лет уже здесь в Латвии, проходит праздник песни, и латыши целыми коллективами приезжают приобщиться даже из Японии и Австралии. Это способ не раствориться в мире, сохранить свои язык и культуру.
Здесь есть прекрасный дом АНКОЛ (Ассоциация национальных культурных обществ Латвии), где и украинцы, и белорусы, и многие другие национальности. Предоставлено помещение и нашему замечательному белорусскому культурному сообществу «Сьвітанак», которое уже 36 лет ходит под БЧБ флагом, а у истоков стоял 85-летний Вячка Телеш, кавалер ордена Трех Звезд.
«Муж сказал: «Ты можешь и должна делать то, что не делает никто и не сделает никогда вместо тебя»
— Почти четверть века я проработала художницей на нынешнем «Нафтане». В Новополоцке вышла замуж, родила детей. Это север Беларуси и там, к сожалению, не было разговорного белорусского на улицах. Чаще на открытии выставок, и я его впитывала.
Обожаю Владимира Короткевича, это просто кладезь шуток и белорусских премудростей. И читать его нужно только на белорусском, любой перевод хуже в разы.
У меня и в Риге есть своя міні-палічка с белорусскими книгами, почти все с автографами. К сожалению, большинство книжек осталось дома, а дом я перевезти не смогла…
Зато сейчас я знакома со многими известными белорусами, к которым когда-то и подойти не мечтала, не то что осмелиться заговорить. А сегодня с некоторыми даже дружим. Из минусов всего что произошло — это самый большой плюс. Владимир Арлов, Владимир Некляев, Галина Казимировская, Лявон Вольский, наш полоцкий писатель Алесь Аркуш и многие другие прекрасные люди.
И это так круто, что я сейчас восхищаюсь тем, что вам это говорю. Может это все не про меня? Это так странно, и так здорово (улыбается).
— В эмиграции остро стоит вопрос денег, аренды квартиры. Вы прославили белорусских котиков, а они вас смогли прокормить вне дома?
— Продвигать мои работы очень помогала моя дочь, но сейчас у нее много работы в Варшаве, свободного времени почти нет.
Мы выпускали календари, значки и открытки с моими работами. Но на самом деле доход совсем небольшой. При этом мы всегда донатили часть от него в BySol на сборы политзаключенным.
В Латвии же, чтобы зарабатывать по специальности преподавателя, мне пока не хватает знания языка. Иногда я провожу мастер-классы, это временная и небольшая монетизация. Иногда выполняю заказы на картины, в этом очень помогают мои страницы в фейсбуке и инстаграме.
Много лет в нашей семье деньги зарабатывал муж, а я рисовала. Когда уходила с «Нафтана», муж сказал: «Ты можешь и должна делать то, что не делает никто и не сделает никогда вместо тебя. Ты будешь рисовать, а я буду зарабатывать деньги».
То, что появились котики — не только моя заслуга. Это заслуга и моего мужа в первую очередь. Он обеспечивал мой надежный тыл. Если бы у меня была необходимость каждый день ходить на работу, то и котики, скорее всего, не появились бы.
Мой муж всегда и во всем мне помогал и поддерживал. Очень сложно выразить словами благодарность человеку, которого любишь. Но я благодарна безмерно! И наши дети тоже меня очень поддерживают.
«Я и в Латвии смотрю на Двину, где она уже Даугава. И радуюсь, что эта вода текла мимо моего Новополоцка»
— Что первым делом сделали, если бы завтра можно было бы вернуться в свободную Беларусь?
— Я очень хочу домой. Есть такая украинская песня, мне очень хочется ее нарисовать, но она невероятно грустная: «…справа в тому, що у мене немає дома…»
А если бы завтра вернуться, хорошо бы прогуляться возле Двины. Я и в Латвии смотрю на Двину, где она уже Даугава. И радуюсь, что эта вода текла мимо моего Новополоцка. Знаете, это как в тюрьмах люди договариваются в одно и то же время смотреть на Луну и таким образом передавать друг другу приветы… Но пока диктатор у власти, вернуться я не могу.
Они ведь хотели бы, чтобы мы перестали что-либо делать. Чтобы мы растворились, и нас не стало. Но если мы так поступим, сразу же станем пешками в их игре. Так вот нет — будем играть свою игру, сопротивляясь злу и беззаконию и развивая белорусские диаспоры.
Комментарии