Микола Бугай: Мышиная возня — это не политика

Зарекался я писать об этих выборах в Координационный совет, потому что и мне, и всем моим друзьям в Беларуси они безразличны, но вынужден все же вставить свои пять копеек. Искусил меня Юрий Губаревич, лидер движения «За свободу» и участник Координационного совета, который написал в фейсбуке:

«Находясь в правовом поле ЕС, очень трудно разрываться между двумя опциями: желанием подыграть (отработать заказ?) режиму и возможностью огрести в суде за распространение недостоверной информации (любые совпадения случайны)».

Прозрачный намек на публикацию «Нашай Нівы», в которой мы обратили внимание, что верификацию избирателей доверили компании с российскими корнями и историей утечек.

Видеть заговор во всем, что не совпадает с твоей позицией или с твоими интересами, — неправильно.

Если кому-то что-то не нравится, это не значит, что кто-то делает это со злым умыслом. И на протесты за деньги выходили, ага.

Юрий, все просто. Как только Павел Либер назвал компанию, наш журналист решил проверить, а что это за она.

Это наша задача как СМИ — проверять все, что мы можем проверить. Нам за это люди жертвуют, а не за агитацию за счастье.

Конечно, лучше было бы, если бы та публикация появилась раньше, но Либер в интервью назвал кампанию тогда, когда назвал — 7 мая, накануне выборов. Журналисты же не телепаты.

Наше дело — предупредить. Дело организаторов — решать, что делать с тем, что выяснили журналисты. Считаете вы, что нормально доверять проверку документов Sumsub-у — надежный он, предложил он самый выгодный по сочетанию цены и качества вариант — ну ок.

Не СМИ виноваты в том, что в выборах в КС мало людей участвует. Просто невозможно достичь массового участия избирателей в таких выборах в условиях массовых репрессий.

Не СМИ — ваша проблема, да и вообще проблемы не в том, в чем вы их видите.

Немногочисленность участников открывает пространство для манипуляций. Спецслужбам не сложно приказать пяти сотням идеологов проголосовать. Технической возможности отклонить такие голоса нет — у нас же тайна голосования, да и что, не граждане Беларуси они? — а волеизъявление будет кардинально искажено. И потом будете думать, как выкручиваться и что объяснять обществу, когда самый беспомощный избирательный список вдруг придется объявлять якобы победителем.

Это же вам не праймериз в европейских странах и США, в условиях свободной конкуренции, которые проходят с участием большой массы людей и с использованием обычной сети избиркомов.

Или другая потенциальная мина замедленного действия. Обычные люди уклоняются от участия в избирательных комиссиях таких кампаний, как КС, потому что спецслужбы с радостью продвигают свою агентуру на любые такие должности. История Мельниковой стала дикой дискредитацией и должна была научить даже тупых. Но проблема в том, что механизмов предотвращения такой инфильтрации просто не существует в наших условиях.

Возможно, КС и нужен. Не вижу практического смысла в нем, но вам, политикам, виднее: считаете, что он вам нужен, сохраняйте его. Может, действительно резолюции о ситуации в Венесуэле выглядят для вас более представительно, когда принимаются именно от имени «протопарламента». Однако нужны ли выборы, если на них никто не хочет голосовать?

Структуры для координации действий общества и для репрезентации Беларуси нужны, но формировать на этом этапе их лучше по какому-то другому принципу, более реалистичному.

Не сработала красивая задумка всеобщих выборов в КС? Значит, ищите другие способы организовать процесс отбора делегатов. Иначе через два года количество избирателей сравняется с количеством желающих избраться в КС.

Конгресс демократических сил составляли представители от реальных, проверенных делами структур и центров. И как-то структура работала. А вот праймериз даже в более благоприятных условиях 2020‑го полностью провалились. Праймериз прошли, время потратили люди, деньги потратили, а кандидат из них не вырос. Кому как не Юрию Губаревичу об этом помнить. Вот не думал я, что мне с ним когда-то придется полемизировать.

Два года назад я писал, и это остается актуальным:

«Для чего мобилизоваться сейчас? В условиях репрессий, которые ни белорусское общество, ни его западные союзники не могут ни остановить, ни даже смягчить, люди стараются обезопасить себя и обезопасить по максимуму. И такой подход — рационален. Нерационально в таких условиях, наоборот, было бы подставлять все новых людей под репрессии. Это ничего никому не дает.

Сейчас самое время, чтобы тихо умножать любые негромкие, непубличные, непафосные дела, которые помогают Беларуси оставаться белорусской, а белорусам — оставаться белорусами, жить и работать. Времена меняются, и политика тоже должна меняться вместе с ними».

• 33
• 1
• 2
• 7
• 0
• 0
• 2
• 0