«Скорее коммерческая разборка». Опейкин озвучил свою версию исчезновения Котова

После расследования БРЦ об исчезновении Анатолия Котова, бывшего чиновника, который в 2002 году присоединился к оппозиции, его близкий коллега по Фонду спортивной солидарности Александр Опейкин дал интервью «ПіКу Свабоды».

В нем он заявил, что официальная версия — лишь часть значительно более широкой истории, а само расследование БРЦ «не раскрывает даже пятой части реальной картины».

По словам Опейкина, ключ к пониманию ситуации нужно искать не в одном эпизоде, а в долгом контексте жизни Котова.

— Я имею в виду, что официальное расследование, опубликованное БРЦ, безусловно, является очень важной и большой работой, но оно описывает только один конкретный эпизод. В то же время за этим эпизодом стоит значительно более широкий контекст, который включает в себя и предыдущие годы жизни Анатолия Котова, и его связи, и его участие в различных государственных, коммерческих и общественных проектах, где он пересекался с очень разными людьми — как с представителями силового блока, так и с представителями бизнес-структур и лицами, близкими к власти, — отметил он.

По его словам, если рассматривать только один эпизод, «теряется общая картина», а чтобы понять, как Котов оказался в такой ситуации, нужно отслеживать его путь намного раньше — возможно, еще с 2011—2012 годов.

«Не исключаю коммерческий заказ»

Опейкин также допускает, что за исчезновением Котова могли стоять не только спецслужбы.

— Я имею в виду, что существует несколько возможных версий произошедшего. Одна из них — это, безусловно, версия участия спецслужб, и ее нельзя исключать. Но вместе с этим я допускаю, что это могла быть и совершенно другая история — например, коммерческий конфликт или частные разборки, — сказал он.

По словам Опейкина, Котов был включен в большое количество проектов — государственных, коммерческих и международных, где могли возникать конфликты финансового или репутационного характера.

— В таких средах часто возникают конфликты, в том числе финансовые или репутационные. И я не исключаю, что могли быть какие-то конкретные коммерческие последствия или ситуации, которые для кого-то стали очень важными и болезненными. Поэтому я не утверждаю, что это точно не спецслужбы, но говорю, что это не единственная возможность, — отметил он.

«Не вижу полной связи всех участников со спецслужбами»

При этом Опейкин утверждает, что не видит однозначной и прямой связи всех фигурантов истории с белорусскими спецслужбами.

— Я говорю о том, что на сегодняшний момент я не вижу полной, однозначной и прямой связи всех участников этой истории с белорусскими спецслужбами. Да, у части людей есть соответствующий бэкграунд, но это не означает, что вся история была государственной спецоперацией, — заявил он.

В то же время он не исключает версию участия спецслужб, но считает ее лишь одной из возможных.

— Есть и другие варианты — коммерческие конфликты, личные конфликты, возможно даже месть, — добавил Опейкин.

«Это не выглядело как прощание»

Отдельно он прокомментировал сообщения Котова жене перед исчезновением.

— В момент, когда они были написаны, они не выглядели как какое-то прямое прощание. Это были скорее абстрактные сообщения, семейные фотографии, эмоциональные сигналы, но без очевидного контекста. И только сейчас, когда мы знаем весь ход событий, их можно интерпретировать как возможные сигналы того, что человек начинал понимать опасность ситуации, — сказал он.

«Скорее спонтанное решение, чем долгая операция»

Опейкин также скептически относится к версии долгой и сложной операции.

— Я не думаю, что это была операция, которую разрабатывали два года. Скорее всего, решение было довольно спонтанным. А дальше уже действовала сеть людей, которая была доступна и могла технически это реализовать, — отметил он.

«Он мог оказаться в коммерческой сети»

По мнению Опейкина, ключевым фактором могли стать контакты Котова и его включенность в различные коммерческие круги.

— У него был широкий круг знакомств, и информация о нем могла попасть к людям, которые приняли решение действовать. Но точно сказать, что стало триггером, сейчас невозможно, — сказал он.

«Две основные версии»

Когда же речь заходит о том, где может находиться Котов сейчас, Опейкин называет две основные версии.

— На сегодняшний момент существуют две основные реалистичные версии. Первая — что он может находиться на территории Российской Федерации. Вторая — что, к сожалению, он может уже не быть в живых. Если бы он был в Беларуси, его бы нам уже показали, — заявил он.

• 0
• 4
• 0
• 1
• 0
• 0
• 0
• 0