Минская епархия БПЦ опубликовала внушительный текст — выписку из протокола заседания Епархиального совета о публицистической деятельности иерея Александра Шрамко.
Иерея Шрамко на год отстранили от служения, как считает общественность, за острую критику обстоятельств пребывания в Минске патриарха Кирилла и действий его охраны.
Видимо, чтобы показать, что пост о патриархе не стал причиной наказания, а только последней каплей, епархия и опубликовала эти документы.
В них идет речь о том, что личность отца Александра обсуждалась на заседании Епархиального совета еще при митрополите Филарете.
В 2006-м иерея «призвали прекратить свою публицистическую деятельность во внецерковных, так и в церковных СМИ, закрыть свой сайт и сосредоточиться на пастырском служении», в противном случае — «он будет предан церковному суду».
«Несмотря на то, что на протоколе стоит собственноручная подпись иерея Александра Шрамко об ознакомлении с резолюцией, решению Епархиального совета от 15.09.2006 года он не внял и в феврале 2007 года возобновил свою провокационную публицистическую деятельность», — сообщает сайт епархии.
Мол, еще митрополит Филарет отстранил его от служения почти на два года — до начала 2009-го.
Впоследствии Шрамко принес покаяние.
Далее описываются сложные отношения между Шрамко и митрополитом Павлом, которые, в итоге, вылились в объяснительную, в которой Шрамко обещал «в дальнейшем воздерживаться от размещения в публичном доступе (своих) суждений и статей, а также не давать интервью… без благословения»
В итоге, мол, многочисленных нарушений такого обещания в Церкви терпеть не стали.
Мы попросили Александра Шрамко прокомментировать изложенные факты.
Прежде всего, он не согласен с определением «провокационности» своих сообщений: «Это исключительно их оценки», — говорит он.
При этом священник соглашается, что нарушил обещание не писать ничего без благословения епископа.
«Это я нарушил, действительно. Но когда меня начали прессовать, мол, давай то подпишешь, давай то… Если ты уже подписал что-то одно, то, кажется, чего стоит подписать еще что-то? Раз уже и так запятнался, как говорится. Поэтому я и подписывал. Но когда я увидел, что Церковь идет не по тому пути, что люди возмущаются…. Я решил, что настало время все-таки возобновить публицистическую деятельность», — объясняет Шрамко.
Но не кажется ли ему, что после такой бомбардировки в его адрес со стороны епархии, обратного пути может не быть?
«Конечно, может и не быть. Я же не рассчитываю на обратный путь, иначе мы бы не разговаривали. Только если я утихомирюсь и буду сидеть, откажусь от всего, всё удалю, а потом приду к ним и паду на колени… а потом меня еще, как кота, несколько раз носом ткнут… А потом еще и поставят такие условия, что до конца жизни буду их выполнять. Смысл есть в этом? Два года отстранения при Филарете я как-то пережил. Ведь тогда я хотел вернуться, я действительно сдерживался, писал под псевдонимами. А теперь… Я прошел уже через покаяние и понимаю, что, с учетом моей биографии, на сей раз будет жестче. А я пожилой человек уже, что я здесь буду…», — подытожил Шрамко.
-
«Предложили кофе, бутерброд — а потом отвезли в СИЗО». Владелец «Нового зрения» рассказал, как его задержали по ноте Интерпола
-
«Нябачныя»: вышла книга Ольги Величко о женах белорусских политзаключенных
-
Впервые во всей Беларуси не состоялась молитва на месте гибели жертв репрессий. Последним сдался Гомель
Комментарии