«Пишут, что это месть». Возбудили уголовное дело против белорусского анархиста, а посадили его мать
Анархист Роман Халилов более двух лет не живет в Беларуси. Когда против него возбудили уголовное дело, с обыском пришли к его маме в Полоцке. «Родители в ответе за своих детей», — написано в видео силовиков с кадрами задержания женщины. Сейчас она за решеткой по уголовному делу.
«Уехал из-за системного преследования»
Роман уехал из Беларуси еще в 2019 году.
«Из-за системного преследования, — объясняет он. — Мне сказали, до выборов на свободе не прохожу. Я волновался, что по надуманному поводу меня посадят».
Парня в прошлом не раз задерживали по административным статьям. Последней точкой для него стал налет силовиков, когда они с товарищами встречались в частном доме недалеко от Кобрина.
«Нас тогда накрыл СОБР — со щитами, автоматами. 20 человек их было где-то. Как обычно, всех положили лицом в пол, парней избивали.
Мы двое суток пробыли в изоляторе, пока они собирали все паспортные данные. Не выпускали нас, пока последний человек не назвал свои данные. Потом всех отпустили. Написали, что были задержаны для установления личности.
И я тогда понял, что нужен какой-то перерыв, и выехал в Украину».
«Лишили вида на жительство»
Летом 2020-го парня лишили вида на жительство в Украине. Причина звучала так: его сочли «лицом, представляющим угрозу национальной безопасности».
«Насколько понимаю, ГУБОП активно присылал СБУ информацию на тех анархистов, которые выехали из Беларуси. Поэтому сложно понять, чья это была инициатива. Тогда было еще дело вагнеровцев, возможно, оно повлияло.
Когда меня лишили вида на жительство, белорусские силовики начали угрожать мне в своих каналах, что до меня доберутся, депортируют, что я сяду в соседнюю камеру с остальными задержанными ребятами.
Меня объявили в розыск с формулировкой «является организатором акции» — без всякой конкретики, без указания статьи Уголовного кодекса. Меня было сложно найти в Украине — там вполне легко жить подпольно. Я подбирал момент, чтобы выехать в Польшу и чтобы риск быть депортированным из-за границы был минимальным. И после того как посадили самолет с Протасевичем, я понял, что этот момент настал. После такого резонанса и жесткой реакции Европы меня не рискнули бы депортировать, это репутационные риски».
Сейчас Роман живет в Польше. Работает инженером по тестированию, участвует в акциях.
После одной из таких акций, памяти Андрея Зельцера, против него возбудили уголовное дело по статье 130 (разжигание социальной вражды). Но Роман предполагает, это не единственное, в чем его обвиняют.
«Возбуждено большое дело против анархистской организации, по которой около 10 человек в СИЗО сидят. Францкевич, Гаевский-Ханада, Чепюк, Козлянко, Шпетный, Рабкова… Там статей 16, и я, наверное, по многим из них прохожу. По самым тяжелым из статей людям светит до 15 лет».
«Силовики интересовались моими детскими снимками»
Матери Романа 56 лет. В последнее время Гаянэ Ахтиан жила в Полоцке, временно не работала. В прошлом году женщина отсидела 11 суток — ее задержали на акции в Минске. Но после того, говорит парень, ее не трогали и о нем не расспрашивали.
С обыском к Гаянэ пришли 26 ноября. Выломали дверь, вбежали с автоматами, перевернули весь дом.
«Силовики интересовались, как это ни странно, моими детскими снимками. Почему-то их потом опубликовали, не знаю почему — может, это как-то меня должно было зацепить? Забрали страйкбольный привод, что-то еще из вещей».
То, как проходил обыск, можно увидеть на видео, выложенном на близких к силовикам каналах. Кадры сопровождает надпись: «Родители в ответе за своих детей».
Гаянэ задержали сначала по административной статье, за неповиновение требованиям милиции. Дали 10 суток. Роман говорит, что адвоката в Полоцке было сложно найти. Никто не хотел браться за дело, потому что оно политическое, боялись лишиться лицензии.
«Мама от показаний отказывается»
Об уголовном деле семья узнала от следователя. Тот 2 декабря позвонил брату Романа и сказал, что Гаянэ этапировали на Окрестина. Статья 342, часть 1 — организация или участие в действиях, грубо нарушающих общественный порядок.
«Видимо, причина — фото из цепи солидарности, которую силовики выкладывали в своем видео, — считает Роман. — Мама от показаний отказывается, держится твердо. Не знаю, этапировали ли ее уже на Володарку».
Парень вспоминает, что незадолго до этого с обыском приходили к матери Евгения Журавского — анархиста, против которого в октябре также возбудили дело по статье 130 за акцию памяти Зельцера.
«Я тогда понял, что следующим в очереди могу быть я. Предполагал ли я, что маму задержат по уголовному делу? Я догадывался, что рано или поздно, из мести, потому что не могут до меня добраться, начнут давить на родственников.
Думаю, таких людей много, у кого страдают родные в Беларуси. Просто у кого-то нет контактов журналистов, кто-то воспринимает это как само собой. Единственное отличие моего случая — то, насколько цинично это было сделано. В видео прямым текстом пишут, что это месть. Показывают, что уже не будет какой-то границы, которую нельзя перейти».
Комментарии