Муза Короткевича оставила в наследство Путину коллекцию на $2 миллиарда. Оказалось, там подделки и копии
Мифы вокруг знаменитой коллекции искусства и антиквариата российских культурных деятелей Нины Молевой и Элия Белютина постепенно развеиваются после начала государственной экспертизы собрания, пишет издание The Art Newspaper Russia.
После смерти искусствоведа Нины Молевой в 2024 году большое внимание привлекло ее завещание, согласно которому коллекция должна была отойти государству в лице президента России. В СМИ появлялись сообщения о якобы уникальном собрании стоимостью до двух миллиардов долларов, которое включало произведения Леонардо да Винчи, Рубенса, Веласкеса, Веронезе, Рембрандта, Кранаха и других всемирно известных мастеров.
Сейчас специалисты Министерства культуры России проводят масштабную экспертизу коллекции, в которую входит около тысячи предметов: более 200 картин, скульптуры, графика, иконы и произведения самого Элия Белютина.
По предварительным выводам экспертов, настоящих шедевров эпох Ренессанса и Барокко в собрании не оказалось. Большинство работ оказались более поздними копиями, преимущественно XIX века, либо сильно отреставрированными произведениями среднего художественного уровня. По оценкам специалистов, в коллекции нет ни одного действительно выдающегося произведения мирового значения.
Дополнительной проблемой стало состояние сохранности экспонатов. На протяжении многих лет они находились в обычной квартире, где жили коты. Эксперты зафиксировали следы плесени, повреждения от насекомых и другие признаки нарушения условий хранения. Многие предметы требуют срочной консервации и реставрации.
Сомнения вызывает и история происхождения коллекции. На протяжении десятилетий Молева и Белютин рассказывали о своих предках, которые якобы приобрели эти произведения искусства еще в дореволюционные времена. Однако современные исследователи, изучив архивные документы, пришли к выводу, что значительная часть семейных легенд не подтверждается фактами.
По словам историков и краеведов, многие биографические сведения о предках Молевой и Белютина менялись с течением времени, становились все более фантастическими и часто противоречили архивным материалам. В результате эксперты полагают, что история создания коллекции была сильно мифологизирована.
Еще в 2010‑х годах ведущие российские искусствоведы после осмотра коллекции выражали серьезные сомнения в ее художественной и исторической ценности. Именно поэтому крупные государственные музеи отказались принимать ее в дар.
Окончательные результаты государственной экспертизы пока не объявлены. После ее завершения будет решено, какие предметы имеют культурную ценность и каким учреждениям они будут переданы на хранение. Желание Нины Молевой сохранить коллекцию как единое целое, скорее всего, выполнено не будет.
Для белорусов эта история интересна прежде всего тем, что Нина Молева сыграла немалую роль в жизни нашего классика Владимира Короткевича.
Нина Молева была преподавателем Высших литературных курсов в Москве в конце 1950‑х годов, когда там учился Короткевич. Она стала прототипом Ирины Горевой, героини романа «Леаніды не вернуцца да зямлі», в которую был влюблен главный герой.
Как в романе, так и в реальности Молева была замужем — за художником Элием Белютиным. Любовное увлечение ею, признавался Короткевич другу Владимиру Колеснику, было платоническим.
И тем не менее он — романтик! — всерьез собирался заработать к лету 1960‑го 200 тысяч рублей (это во времена, когда учитель зарабатывал 700 в месяц) на киносценариях и пьесах, купить под Москвой домик и машину, чтобы Нина, уйдя от мужа к нему, не стала жить хуже.
Однако Молева, конечно, не бросила Белютина и удобную квартиру на площади Маяковского. В Короткевиче же она видела провинциала, который «ко мне пришел еще не сформировавшимся человеком… многое из того, что я говорила, буквально переворачивало что-то в его душе».
Но все же Короткевич до конца жизни дружил с ней, покупал и дарил картины. Некоторые из них, видимо, есть в этой скандальной коллекции.
Комментарии