Недосеков: «Короны у меня нет. А у Тимановской она была еще в училище»
В интервью министру культуры Марату Маркову бронзовый призер Олимпийских игр в Токио Максим Недосеков вспомнил времена учебы в Республиканском училище олимпийского резерва и заявил, что Кристина Тимановская еще тогда якобы с презрением относилась к другим спортсменам.
Максим Недосеков — бронзовый призер Олимпийских игр в Токио и обладатель национального рекорда в прыжках в высоту — 2,37 метра. После событий 2020 года он открыто поддержал Александра Лукашенко, подписал провластное письмо спортсменов и после начала российского вторжения в Украину выступал в поддержку позиции официального Минска.
В новом интервью пропагандисту Марату Маркову легкоатлет резко высказался о белорусской спринтерше Кристине Тимановской, ныне выступающей за сборную Польши.
Во время интервью Марков напомнил Недосекову его прежние слова о том, что в детстве он ходил разгружать мешки с цементом, чтобы заработать денег. Пропагандист поинтересовался, изменилось ли его отношение «к деньгам и стабильности» после получения олимпийской медали и статуса.
На это Недосеков ответил, что ничего не изменилось.
«Я до сих пор могу поехать помочь друзьям на стройке, потаскать что-то, что-то сделать. Мне вообще без разницы».
«То есть короны нет?» — спросил Марков. Этот вопрос подтолкнул Недосекова к неожиданному сравнению.
«Никакой нет. Я не люблю таких людей. У нас была в легкой атлетике такая девочка с короной. Это Кристина Тимановская. У нее эта корона была еще тогда, когда она была маленькой.
Мы учились в Республиканском училище олимпийского резерва. Когда пришли на тренировку, она тогда выполнила норматив мастера спорта. Не знаю, сколько ей было лет. У меня был первый взрослый разряд. У других тоже был первый взрослый. И она сказала такую фразу: «Все, кто ниже кандидата в мастера спорта, не имеют права на меня смотреть». Ей было, может, лет 17».
«То есть челядь», — вставил свои пять копеек Марков.
Недосеков продолжил:
«Мы всегда говорили: зачем вы помогаете этому человеку, который вот так… Но руководство видело все немножко по-другому. Нас часто никто не хочет услышать. Хотя мы говорим очевидные, самые простые вещи, на которые нужно обращать внимание».
«Ну да, вы правы», — неуверенно ответил Марков, задумавшись о чем-то.
Комментарии
И вообще, Марков занимается на посту культуры министра той же пропагандой, которой он страдал на посту министра информации. Что поменялось кроме должности?