Марина Золотова: У политзаключенной Татьяны Колос обнаружили рак. Это не просто плохая новость, это ужасная новость

«У политзаключенной Татьяны Колас обнаружили рак. Это не просто плохая новость. Это ужасная новость, потому что она находится в колонии.

Честно скажу, мне лично практически не приходилось сталкиваться с тюремной медициной. Но за то время, пока я была в колонии (а там я провела два года и четыре месяца), по крайней мере две женщины умерли там от рака. Одна — постарше, из моего отряда, у нее была экономическая статья. Вторая — помладше — по 328-й. Впрочем, статья никакого значения не имеет. Важно, что это люди, это женщины. 

У политзаключенной Анны Кондратенко рак также был диагностирован в колонии, ее даже возили на лечение в онкодиспансер в Гомеле. Она умерла через семь месяцев после освобождения.

И я думаю: а на свободе было бы у них больше шансов? Однозначно. По крайней мере, их жизнь и их здоровье в гораздо большей степени зависели бы от них самих. А не от машины, конвоя, наличия мест «в той единственной больнице», расписания «того единственного специалиста», который летом вполне может оказаться в отпуске, доступа к лекарствам и т.д. Для обследования и лечения Татьяну Колос должны перевести в больницу, но сделать это планируют почему-то только через несколько месяцев.

Для обследования и лечения Татьяну Колос должны перевести в больницу, но сделать это планируют почему-то только через несколько месяцев.

Все вы, конечно, помните, как в 2020‑м Вероника Цепкало рассказывала про свою мать. В отношении нее возбудили уголовное дело, а позже у нее обнаружили рак. Вероника, навещая ее в больнице, была шокирована: мать была прикована наручниками к батарее. 

Тогда я думала: не может быть. Но теперь могу сказать — даже не сомневайтесь.

Осужденных, которых из колонии привозят в городские больницы, приковывают наручниками к кровати. Всегда. А рядом с ними постоянно находится конвой.

И еще одна вещь находится за гранью моего понимания. Почему в тех трех случаях, о которых я упомянула, женщинам не изменили вид наказания? Почему их нельзя было отпустить домой?

Я желаю Татьяне здоровья и сил. И скорейшей встречи с родными. И тогда она точно пойдет на поправку», — написала Марина Золотова.

***

Татьяна Колос работала в Мингорисполкоме и имела доступ к личным данным силовиков, которые потом передала телеграм-каналу «Черная книга Беларуси».

В июне 2022 года силовики сообщили, что женщина якобы самостоятельно пришла «сдаваться» в ГУБОПиК. До суда Татьяну оставили на свободе, под домашним арестом.

В сентябре 2022 года ее осудили к шести с половиной годам по четырем статьям Уголовного кодекса:

• ч. 3 ст. 203‑1 — незаконные действия в отношении информации о частной жизни и персональных данных;
• ч. 3 ст. 130 — разжигание расовой, национальной, религиозной либо иной социальной вражды или розни;
• ч. 3 ст. 352 — неправомерное завладение компьютерной информацией;
• ч. 3 ст. 426 — превышение власти или служебных полномочий.

• 0
• 0
• 0
• 1
• 0
• 13
• 8
• 0