Отжимания с папой, уроки с мамой. Как живет и учится семья Северинцев в Вильнюсе
Каждый день после занятий Павел Северинец забирает восьмилетнего Франтишка из школы. Дорога домой превратилась в их особый ритуал: сын рассказывает о флагах и странах, кораблях и самолётах, а отец расспрашивает, что нового тот узнал. Иногда выясняется, что Франтишек уже знает то, чего не знают взрослые.
Еще год назад такие обычные семейные будни были для Северинца невозможны. Политик провел за решеткой пять с половиной лет. Его задержали в июне 2020 года, осудили на семь лет лишения свободы, а в 2023‑м перевели на тюремный режим. 13 декабря 2025 года Северинца освободили вместе с другими политзаключенными и принудительно вывезли из Беларуси. Сначала он попал в Украину, а оттуда добрался до Вильнюса.
Пока Павел находился за решеткой, Франтишек успел пойти в первый класс в Минске. Отец пропустил его первое 1 сентября, знакомство со школой и первые уроки.
Не колеблясь, уже через две недели после освобождения Павла, Ольга вместе с сыном переехала в Вильнюс. Посреди учебного года Франтишек пошел в новую для себя гимназию. Павел постепенно присоединился к школьной жизни сына, а в этом году впервые смог вместе с семьей пройти весь предшкольный путь — от летних занятий до первых сентябрьских уроков.
«Я занимался наиболее физической подготовкой»
Главная роль в подготовке Франтишка ко второму классу досталась его матери Ольге. Понемногу занимались белорусским, литовским и английским языками, каждый день читали Библию.
У отца была своя зона ответственности:
— Я занимался наиболее физической подготовкой и воспитанием. Мы с Франтишком каждое утро делаем зарядку, упражнения, отжимания, — рассказывает Павел.
Он признает: школьными занятиями и сборами по-прежнему больше занимается Ольга. Пока муж был в заключении, именно она растила сына и готовила его к школе, поэтому сейчас лучше чувствует его потребности и знает все организационные детали.
— Олечка очень много делает для Франтишка, очень хорошо его чувствует и понимает. Она несколько лет сама его и воспитывала, и готовила к школе. Поэтому у Франтишка есть еще одна очень способная и классная учительница, — говорит Павел.
Теперь семья распределяет обязанности поровну: один отвозит сына в школу, другой забирает его после занятий. Павел также следит за чтением Библии и совместной молитвой, занимается с сыном физическими упражнениями.
— У меня сейчас большая загрузка по книжной, партийной и другим линиям. Но время от времени могу еще что-то приготовить с собой, упаковать. В основном же Олечка посвящает этому больше времени, — говорит политик.
— Учителя в гимназии очень хорошие. Классная руководительница у нас просто золотая. Знаю, что Ассоциация белорусских родителей Литвы, к которой мы принадлежим, планирует издавать собственные учебники по разным дисциплинам на белорусском языке.
«Мам, мы уже дома»
До переезда Франтишек учился в Минске. По словам отца, школа в Вильнюсе нравится ему больше. Возможно, рассуждает Павел, еще и потому, что главный стресс мальчик пережил в прошлом году, когда только шел в первый класс. Теперь он уже знает школу, учительницу и одноклассников.
Начало учебного года в гимназии сделали мягким: вместо того чтобы сразу садить детей за учебники, им дали время заново познакомиться и привыкнуть друг к другу после каникул.
— Первая неделя более игровая. Здесь детей бережно вводят в учебный год: первые несколько дней — физкультура и музыка в парке, керамика в Белорусском доме, кинотеатр, праздники. Дети просто привыкают друг к другу после лета, а уже потом начинается учебный процесс, — описывает Павел.
К новому городу и жизни Франтишек также приспособился быстрее взрослых:
— Если Олечка еще может вздохнуть: «Хочу домой», — Франтишек отвечает: «Мам, мы уже дома! Здесь все прекрасно, в Вильнюсе классно». Он очень легко вошел в вильнюсскую жизнь.
Для отца особенно важно, что в Вильнюсе сын может учиться и разговаривать по-белорусски. Сам Северинец рос в русскоязычной среде, поэтому возможности, которые сейчас имеет Франтишек, воспринимает с благодарностью. Дома семья также старается выбирать белорусскоязычный и украиноязычный контент:
— Мы ищем что-то по-белорусски либо по-украински, смотрим фильмы на этих языках. В нашем детстве такого не было. Слава Богу, что Франтишек имеет возможность учиться и разговаривать по-белорусски, смотреть фильмы и видео, которые его интересуют, на родном языке либо на языках, которые он понимает.
«В школе все хорошо»
О том, что происходит в школе, Франтишек рассказывает не слишком подробно. Отец называет его интровертом:
— Обычно он говорит, что в школе все было хорошо. Может рассказать, что его напрягло либо особенно увлекло, но в этом смысле он довольно сдержанный парень.
Зато в дороге у Франтишка возникает множество вопросов об окружающем мире. Особенно мальчика интересуют страны и флаги, машины, корабли и самолеты. Разговоры продолжаются и по дороге из школы, и в общественном транспорте.
— Когда мы едем куда-то в автобусе, он всегда садится со мной. И мы с Франтишком начинаем свои мужские обсуждения: что происходит в мире, в Украине, в Беларуси. Ему это очень интересно, — говорит Павел и отмечает, что во время этих разговоров иногда узнает в сыне себя-школьника, а иногда видит, насколько разным было их детство. Прежде всего из-за гаджетов, интернета и доступности информации.
Сам Павел, несмотря на отличные отметки, школу не любил:
— Для меня это было напряжение. Я был отличником, у меня получалось, но не любил рано вставать, а учился преимущественно в первую смену. В советской школе было мало творчества. Можно было выехать на том, что просто зубришь. Я учился в школе с художественно-архитектурным уклоном, и мне больше нравились творческие дисциплины.
«В семье Северинцев все трое детей окончили школу с золотыми медалями»
Должен ли Франтишек тоже быть отличником? Павел сначала отвечает, что главное — чтобы сын развивался и получал знания. А потом добавляет: семейная планка в этом вопросе довольно высока:
— В семье Северинцев все трое детей окончили школу с золотыми медалями. Поэтому стандарт, конечно, есть. И цель учебы — в том числе отличные отметки.
Пока, правда, в начальных классах гимназии детей не подгоняют отметками. Северинцу такой мягкий подход нравится больше системы, в которой рос он сам. Но полностью отказаться от требовательности родители не могут:
— Мы с Олечкой перфекционисты, поэтому, ясно, хотим, чтобы планка была высокой.
В семье уже появилась и своя мотивационная поговорка. Если Франтишек расслабляется или начинает сомневаться в себе, мама напоминает:
— Так, все, собираемся! Ты Франтишек Северинец! Ты можешь, ты должен!
«Когда я иду с ним из школы, я не занят, я — с ним»
После пяти с половиной лет разлуки самым ценным для отца и сына стало обычное время вместе. Поэтому по дороге из школы Франтишек старается использовать каждую минуту, пока папа принадлежит только ему.
— Когда я забираю его из школы, у нас есть ритуал. Франтишек хочет полностью использовать это время, потому что понимает: когда я иду с ним, то не занят, я — с ним. У него сразу целый план. Он рассказывает интересности, которые узнал из интернета. Я расспрашиваю его о странах. Он очень любит игры про флаги, знает, где какие страны. Иногда знает то, чего не знаем мы. Это классно.
Свое место в жизни сына Павел описывает просто: он папа. Но для него это не означает командовать каждым шагом ребенка и все контролировать:
— Я сам вырос в семье, где детям давали возможность решать, кем они хотят стать и чем заниматься. При этом существовали строгие правила, касающиеся порядка и дисциплины. Такой баланс я хотел бы сохранить и в воспитании Франтишка. Для Франтишка папа — это защитник и тот, кто дает возможности, вдохновение, что-то предлагает. А Франтишек уже выбирает сам.
Комментарии