В марте 2026 года началась масштабная строительная работа в главном корпусе Белорусского государственного университета на проспекте Независимости. Обещают максимально бережное отношение к историческому облику здания. Однако пока одни уникальные детали 1960‑х годов действительно будут тщательно реставрироваться, другие аутентичные материалы уступят место современным имитациям. Во многом этот подход повторяет опыт недавнего ремонта исторического факультета БГУ.
Жертва хрущевского постановления
Главный корпус БГУ возводился в 1958—1963 годах по проекту выдающихся архитекторов Михаила Бакланова и Анатолия Духана. Первоначально он задумывался еще более монументальным: центральную часть должна была венчать высокая башня со шпилем в стиле московских высоток.
Но проект попал под каток хрущевского постановления о «борьбе с архитектурными излишествами». Башню убрали, декор максимально упростили, однако даже в таком усеченном виде архитекторам удалось создать выразительный ансамбль с мощным гранитным порталом и торжественными интерьерами с элементами ар-деко.
Сегодня здание имеет статус историко-культурной ценности 2‑й категории.
Проект его капитального ремонта с модернизацией был разработан в течение 2022 года «Институтом Гродногражданпроект». Научным руководителем объекта, отвечающим за сохранение исторического наследия, и одновременно главным архитектором проекта выступила Елена Счастная.
Что станет с фасадами
Что касается внешнего облика, то здесь проектировщики подошли к делу относительно деликатно. Фасады останутся прежними: проект предусматривает восстановление оригинальной каменной штукатурки с добавлением мраморной крошки, обработанной под бучарду, и сохранение гранитной облицовки цоколя.
Самое заметное внешнее изменение касается крыши. Историко-архивные исследования показали, что первоначально крыша не была красной, как сегодня, потому что покрыта обычной оцинкованной жестью естественного серого цвета — этот цвет вернут во время реконструкции.
Также на фасадах останутся оригинальные металлические решетки с индивидуальным рисунком, а утраченные элементы обещают отлить заново по историческим образцам.
Ар-деко в интерьерах — сохранят ли?
Согласно документации, в здании останется немало оригинальных артефактов эпохи, которые образуют его неповторимый антураж.
Настоящим сокровищем интерьеров признаны четыре прямоугольных плафона светильников в актовом зале, которые имеют выразительную стилистику ар-деко. Их геометрический рисунок из перекрещенных ромбов выполнен из тонких металлических полос под бронзу, с вставками из матового стекла. Проект предусматривает их обязательную и детальную реставрацию.
Сохранению подлежат декоративные деревянные решетки радиаторов в читальных залах и фойе.
Архивный чертеж фасада деревянной остекленной перегородки библиотеки, которая размещается в главном корпусе БГУ. Фото из проектной документации
Деревянная перегородка библиотеки с витражными заполнениями в технике фьюзинг. Фото: Wikimedia Commons
Две декоративные витражные композиции в нишах вестибюля, выполненные в технике фьюзинг с изображениями белых птиц на голубом небе с коричневыми и зелеными вставками — их аккуратно демонтируют, отреставрируют утраченные фрагменты рисунка и вернут на место.
Останется и парадная многомаршевая лестница со своими характерными ограждениями: деревянные профилированные поручни и деревянный барьер со стальными никелированными деталями также должны быть восстановлены.
Без итальянского терраццо и дубового паркета
Наиболее значительные исторические потери на главном корпусе БГУ касаются замены аутентичных материалов полов на современные промышленные аналоги.
Исторически главные вестибюли, коридоры и лестничные клетки корпуса были выложены мозаичным бетоном с мраморной крошкой, который образовывал характерный геометрический рисунок терраццо. Это сверхпрочный материал, характерный для общественной архитектуры шестидесятых годов.
Такие полы в Беларуси обычно называют советскими мозаичными, но СССР никакого отношения к материалу не имеет — на самом деле он называется терраццо. Он появился в Италии и широко распространился в мире в конце XIX — начале XX века, в том числе в архитектуре модерна и ар-деко 1920‑х годов.
Проект предусматривает полный демонтаж терраццо в главном корпусе БГУ. Официально из-за аварийного состояния ряда межэтажных перекрытий, сделанных из сборных железобетонных плит, которые требуют усиления и заливки новой монолитной стяжки.
В парадных помещениях мозаичные полы уже заменены на керамогранит. Фото: Wikimedia Commons
Корпус после начала работ.
Восстановлен терраццо не будет, так как проектировщики ссылаются на риск появления трещин на новом монолите при последующей эксплуатации. На самом деле эта проблема была решена еще в 1920‑е годы, когда стали применять перегородки для заливки терраццо на полы, которые заодно служат деформационными швами, не давая полам раскалываться.
Вместо восстановления мозаичного бетона появятся керамогранитные плиты с, как утверждается, «сохранением рисунка раскладки и внешнего вида поверхности терраццо».
В одном предложении на чертежах проектировщики включают мозаичные полы в перечень «отличительных особенностей историко-культурной ценности», а уже в следующих — спокойно прописывают их полное уничтожение и замену на современную плитку.
Более того, обещание сохранить исторический рисунок мозаики керамогранитом выглядит сомнительным еще и потому, что отсутствуют чертежи с конкретной раскладкой плитки по полам, которая бы позволила хоть бы восстановить узор полов.
Из плюсов реконструкции то, что вместо пластиковых подоконников, в корпус вернутся исторические бетонные профилированные плиты. Фото из проектной документации
Что правда, терраццо в главном корпусе останется, но не на полу. В проекте предусмотрено сохранение части деревянных окон, которые появились во время ремонта в 2017 году, а также повторное применение аутентичных подоконников. В 1960‑е годы они были отлиты из того же самого мозаичного бетона (терраццо), что и полы.
Оригинальный дубовый паркет в аудиториях также пойдет под демонтаж — его заменят на линолеум.
Возвращение исторических дверей
Подобный подход с имитацией вместо реставрации наблюдается и в отношении столярки. В документации заявлено о необходимости «восстановления дверной фурнитуры по сохранившимся аналогам в этом здании» и сбережении бронзовых скобяных приборов.
Часть дверей с декоративными ручками уже была восстановлена по историческим примерам в предыдущие годы.
Архивный чертеж деревянных дверей в главном корпусе БГУ. Фото из проектной документации
Существующие шпонированные деревянные двери в главном корпусе БГУ. Фото из проектной документации
Дверная ручка и выход с балкона актового зала. Фото: Wikimedia Commons / из проектной документации
Офисные потолки
Адаптация здания середины прошлого века под современные санитарные и пожарные нормы требует установки огромного объема оборудования. В проекте заложены мощные системы вентиляции, кондиционирования, дымоудаления, а также сотни метров кабельных лотков для сетей.
В 1960‑е годы воздухообмен решался через естественную тягу и высокие потолки, а электрика пряталась в тонких штрабах. Современные трубы и лотки в стенах не прокладывают, предпочитая прятать их за подвесными потолками, значительно уменьшая высоту помещений — то же ждет и главный корпус БГУ.
В абсолютном большинстве рабочих кабинетов, коридоров и лабораторий предусмотрены подвесные потолки из квадратных плит типа «Армстронг», как в обычных офисах. Такие решения меняют исторические пропорции помещений, но по крайней мере в этом здании почти нет ценной лепнины на потолках, которую бы скрыли за подвесной конструкцией, как было на истфаке.
Выглядит, что останутся незашитыми только кессонированные (с квадратными углублениями) потолки парадных помещениях: в главном вестибюле имени Пичеты и в актовом зале.
Без уродливых лифтов, но и без исторических лестниц
Проект предусматривает полную модернизацию лифтовых шахт: старое оборудование 1960‑х годов демонтируют, а на его месте установят современные системы без машинного отделения.
Сейчас лифтовые шахты в центральной лестничной клетке главного корпуса выглядят как индустриальный объект: они закрыты уродливыми конструкциями из металлического профилированного настила, больше напоминая постройки в промзоне, чем элементы интерьеров университета по проекту Бакланова и Духана.
Шахты будут переоборудованы с использованием современных негорючих материалов, которые соответствуют сегодняшним нормам пожарной безопасности. Вероятно, эстетический вид конструкций улучшится, но
вместе с устаревшими лифтами под полный снос, как можно понять из чертежей, пойдут и марши исторических лестниц, в которые они вписаны, а также деревянные ограждения и перила. Вряд ли при восстановлении лестниц будут повторены их профилированные ступени из мозаичного бетона, скорее, будет самый примитивный вариант исполнения лестниц с отделкой из керамогранита, как и в случае полов.
Реконструкция главного корпуса БГУ — очередной пример, когда исторические здания безжалостно подгоняются под современные строительные нормы, как будто это объекты, которые возводятся с нуля. Согласно Кодексу о культуре, требования пожарной или санитарной безопасности не являются приоритетными, если они вредят отличительным достоинствам памятника архитектуры.
Этот подход далек от настоящей реставрации. Хотя масштаб вмешательства в главном корпусе и не достигает того позорного уничтожения интерьеров, которое произошло во время недавнего ремонта соседнего исторического факультета, однако и до образцового примера сохранения наследия ему очень далеко.
«Наша Нiва» — бастион беларущины
ПОДДЕРЖАТЬ
Комментарии