«Работа пропагандистов вряд ли чище нашей». Экс-политзаключенные открыли в Варшаве свой клининг — как пошло?
Павел Лукоянов владел в Беларуси сервисным центром по ремонту техники, Дмитрий Конопелько был владельцем и директором IT-компании. Обоих осудили по статьям о массовых беспорядках после выборов-2020. В бобруйской колонии они и познакомились. А после отбытия наказания почти одновременно, не сговариваясь, переехали в Варшаву.
В конце 2025 года Дмитрий и Павел запустили в эмиграции собственный бизнес — клининг «BoberDober» — свой проект стал ответом на невозможность быстро устроиться на работу в чужой стране без знания языка.
С того момента у ребят появились постоянные клиенты, а их услуги прорекламировала Светлана Тихановская. Поговорили с ними о сложностях в бизнесе, конкуренции, самых грязных заказах и пропагандистской страшилке о мытье туалетов панам.
Дмитрий Конопелько — фигурант дела волонтеров штаба Виктора Бабарико. Его арестовали в сентябре 2020 года и обвинили в подготовке массовых беспорядков, приговорили к пяти годам заключения. Павел Лукоянов провел за решеткой четыре года. Был арестован в июне 2021 года по уголовному делу об участии в массовых беспорядках.
«В белоручек мы не играем»
Мы встречаемся в новом шелтере для экс-политзаключенных, который белорусам удалось получить благодаря усилиям Анны Федоронок и команды. Новый домик почти вдвое больше прошлого, имеет уютную зеленую зону, место под собственный парник, два санузла и две кухни, а это значит, здесь смогут с большим комфортом размещаться те, кто вынужден бежать от репрессий на родине или депортируется сразу из тюрем.
Открыв клининговую компанию, ребята сразу захотели отблагодарить бесплатной уборкой первый шелтер, в котором сами жили первые, самые сложные месяцы после переезда. Но с учетом новоселья «бобры» приехали со своим оборудованием и профессиональной химией уже в новый дом.
Как в настоящей команде, у Павла и Дмитрия есть распределение обязанностей. Первый занимается соцсетями и настройкой рекламы, второй — ответственный за сайт и документацию. Но заказы принимает каждый из них, как и выезжает на них. Тем более сегодня в их команде семь человек — четыре клинера, бухгалтер плюс непосредственно сами основатели.
«Хотелось бы только командовать!», — шутят собеседники. «Но есть вещи, которые нашим девушкам [пока в коллективе только женщины] сложно делать — мытье окон, например, или химчистка. Ну, или бывает заказ, где нужно помыть десять окон, и ты просто присоединяешься и помогаешь. В белоручек мы не играем. И не такой это бизнес, где можно стартовать с позиции «директора в пиджаке». Нужно самому понять весь процесс: сколько времени занимает уборка, какие средства лучше работают, проверить качество уборки».
«Сколько бы денег у тебя не было на старте, все равно придется во всем разбираться — от рекламы до самого клининга. Ведь где ты найдешь опытных клинеров себе сразу, когда ты на рынке еще никто?»
Ребята говорят, что найти хорошего клинера — это, пожалуй, главный вызов. Они бы и рады были платить сотруднику среднюю польскую зарплату, но из тех резюме, что им присылают, доверить уборку можно лишь небольшому проценту кандидатов. В том числе по этой причине у них пока четыре постоянных клинера, причем все они — из Беларуси. Говорят, у белорусов самый понятный и высокий стандарт чистоты.
Между прочим, часть команды — тоже из числа бывших политзаключенных.
«Процентов 10‑15 клиентов составляют индусы»
Хотя дома Павел и Дмитрий от уборки никогда не уклонялись, с профессиональным клинингом это и близко не сравнить — многому пришлось учиться с нуля.
«Например, с химчисткой я посмотрел кучу видео на YouTube — от рекомендаций блогеров до обучающих роликов. Тестировали все на мебели и коврах дома. И с каждым новым заказом ты расширяешь опыт, — рассказывает Павел. — Уже первый наш заказ химчистки был с вопросом о сушке. Диван после нее сохнет часов двенадцать, а с вентилятором — три-четыре. Плюс если поверхность мебели не высохнет своевременно, может начать преть или гнить. Поэтому мы сразу докупили вентилятор».
В хороший месяц «Бобры» могут закрывать около 50‑70 заказов. Среди них стабильно есть постоянные. Случается справляться и с очень объемными вызовами, куда приходится ездить вчетвером.
«Самый сложный заказ для нас пока, наверное, был в грузинском ресторане. Раз в месяц мы делаем там генеральную уборку. У них целыми днями работает кухня, и понятно, что духовые шкафы и гриль никакой «Фейри» не возьмет — нужна мощная химия и активная чистка. В общем, сталкиваешься с таким количеством поверхностей, что ограниченным набором средств не обойдешься. Мы начинали с пяти наименований, а сейчас у нас уже около 20».
«Еще недавно был заказ после ремонта», — вспоминает Дмитрий. «Строители там все запустили, мебель на кухню стояла упакованной в гараже. А у клиента жена беременна, им нужно было заезжать, а в доме все в пыли, при этом ремонт продолжается. Мы там вчетвером целый день работали: и убирали, и мебель таскали, и технику. Стиральные машины, холодильник, сушилку на второй этаж несли. Это уже больше как помощь было, а не просто клининг. Хотелось людям помочь».
За время работы клинеры успели насмотреться и на сильно загрязненные квартиры — где мусорные кучи выросли рядом с кроватями, санузлы — в пятнах, а пол будто покрыт слоем жира.
«Мусор и грязь — это не страшно, но вот запах на подобных объектах, конечно, неприятный».
Порядка 30% клиентов «BoberDober» сейчас — это белорусы, украинцы и поляки. Еще около 30% составляют «мультиязычные» — это могут быть, как американцы, так и англичане, разные релоканты из мировых корпораций, которым нужно помочь забрать залог за квартиру при выселении.
«Процентов 10‑15 клиентов составляют индусы. Кто-то привык видеть их в доставке, но в Польше живет много высококлассных специалистов из Индии — айтишников, работников банков со своими домами под Варшавой».
«Нам не стыдно признать ошибку»
В отличие от некоторых конкурентов, «BoberDober» сразу сделали ставку не на количество заказов, а на качество.
«Да, у нас цены немного выше среднего, но мы отвечаем за качество. У нас такое правило, что в конце уборки мы идем с клиентом и все показываем, проверяем. Даже если говорят: «Ай, ключи в почтовый ящик бросьте», — мы просим приехать на место и все посмотреть.
Потому что если нам через неделю позвонят и скажут, что мы плохо убрали, то неизвестно будет, за кем правда: за неделю может много чего произойти. Для повышения качества мы стараемся постоянно докупать оборудование, химию, стремимся всегда что-то модернизировать — короче, поднимать планку».
При этом негативных отзывов избежать все равно не удается. Месяц назад на гугл-картах клинингу поставили одну звезду и посоветовали избегать любого сотрудничества с компанией.
«Там даже услуга не была оказана. Человек живет далеко за городом, километров пятьдесят. И мы как-то неправильно оценили это расстояние — сначала подтвердили заказ, а потом в последний момент все отменилось. Пока мы работаем только в Варшаве и ближнем пригороде — до 30 километров. Тот клиент был разочарован, я его понимаю. Нам не стыдно признать ошибку — с нашей стороны действительно был косяк во взаимодействии».
«Мы — односидельцы. Это больше, чем друзья!»
Не обходится и без конфликтов между собой.
«Агрессивные переговоры у нас проходят все время! Кричим, ссоримся, спорим, — улыбается Дмитрий. — При этом не остается какой-то внутренней обиды, злости. Этому где-то и тюрьма научила. Потому что там если тебя по-настоящему зацепили, в это будут тыкать сильнее. Поэтому ты учишься не эмоционировать».
«Если друзья ссорятся, это может надолго затянуться. А мы — односидельцы, это больше! Односидельцы могут поссориться, а потом сидеть футбол смотреть вместе. То есть, это уже другое отношение к ссорам», — добавляет Павел.
«Наша Ніва»: Что ответите пропагандистам, которые скажут, что вот поехали панам польским унитазы мыть?
Дмитрий Конопелько: И мы гордимся этим! (улыбается). На мой взгляд, все профессии нужны и все важны. Мы все друг другу оказываем услуги. Ты приходишь к клерку в банк, и он оказывает тебе услугу. А клинер потом приходит к нему. Мы все люди. И я вот не знаю, является ли работа пропагандистов — набрасывать грязь на вентилятор — более чистой, чем наша. Вряд ли.
При сегодняшних оборотах бизнесменам хватает денег на жилье и все бытовые расходы.
«Это не о богатстве, а об обычной обеспеченной жизни. Потому что мы осознанно ежемесячно изымаем часть денег на глобальное развитие — где-то купить телескоп для мытья окон, где-то новую химию. И у нас еще много планов».
Комментарии