«Мы обнялись и всю дорогу ехали в обнимку». Белоруске вернули дочь, которую отец тайно вывез в Эстонию
Бывший муж вернул белоруске Елене Ш. четырехлетнюю дочь Дашу, которую он тайно вывез через Россию в Эстонию в конце июня. Передача ребенка состоялась в субботу на белорусско-литовской границе — в пункте пропуска «Мядининкай — Каменный Лог». В комментарии для Onliner Елена рассказала подробности этого редкого возвращения.
«Позвонили из полиции Эстонии и сказали, что дочь дома у отца»
Летом стала известна история Алены из Марьиной Горки. Ее бывший муж вопреки запрету суда вывез их общую маленькую дочь к себе на родину. В тот день, 27 июня, мужчина взял девочку на прогулку в одиннадцать утра, но к положенным семи часам вечера так и не вернул. Встревоженная мать сразу заподозрила неладное: отношения с бывшим мужем были сложными.
«Уже тогда бывший супруг давал мне понять, что может забрать Дашу в Эстонию. Я прекрасно понимала, что вернуть ее в Беларусь будет практически невозможно, поэтому выступала категорически против любых поездок и через суд добилась запрета на выезд ребенка за границу без моего письменного согласия», — рассказывала Елена.
В день, когда стало понятно, что отец скрылся с ребенком, женщина подняла на уши все ведомства, которые могли помочь в этой ситуации. Однако мужчина все же успел вывезти Дашу в Россию, а оттуда переправил в Эстонию через пункт пропуска «Ивангород — Нарва». Лишь спустя двое суток после исчезновения дочери Елене позвонили из эстонской полиции и подтвердили: девочка находится в доме отца.
Мать смогла увидеть дочь только через десять дней после исчезновения: бывший муж созвонился с ней по видеосвязи, показал Дашу и сказал, что возвращать ее не планирует.
Сразу после похищения Елена обратилась в министерства юстиции обеих стран — Беларуси и Эстонии. И вот спустя почти три месяца разлуки и неведения она наконец смогла обнять своего ребенка.
Возвращение. «Не поверила, когда он написал, что привезет дочь к границе»
11 сентября эстонский суд вынес решение о возвращении четырехлетней Дарьи ее матери в Беларусь. Отцу предложили добровольно передать девочку в течение 14 дней после вступления решения в законную силу.
В субботу, 19 сентября, в пункте пропуска «Мядининкай — Каменный Лог» состоялась долгожданная передача девочки. Об этом Елена сообщила у себя в Threads, где все эти месяцы подробно делилась развитием событий.
— Елена, расскажите, что происходило все эти месяцы? Что именно помогло вернуть дочь домой? Ведь ваш случай по-своему уникален.
— Сразу после исчезновения дочки я подготовила и направила пакет документов в Минюст Беларуси, а также продублировала его по электронной почте в Минюст Эстонии. Параллельно нашла эстонского адвоката, который подал от моего имени иск в суд о возвращении ребенка на основании Гаагской конвенции (Гаагская конвенция, принятая в 1980 году, — это международное соглашение, созданное для того, чтобы быстро возвращать детей домой, если один из родителей тайно увез их в другую страну без согласия второго). 21 июля эстонский суд официально зарегистрировал иск и назначил первое заседание на 10 августа.
Елена присутствовала на заседании по видеосвязи и видела на экране только переводчика. По ее словам, уже тогда судья дала понять: ребенка нужно возвращать в Беларусь. Однако впоследствии процесс несколько затянулся.
— Дочке назначили детского адвоката — там это стандартная практика. Он предложил нам с бывшим мужем заключить нотариальное соглашение на территории Беларуси, прописав условия возврата ребенка и порядок последующего общения с отцом. Но эстонский суд объяснил, что все базовые вопросы о судьбе дочки (включая определение места жительства) имеет право решать только белорусский суд, ведь ребенок до похищения три года жил в Беларуси. Полномочия же зарубежного суда ограничивались исключительно возвращением ребенка в рамках Гаагской конвенции.
Да и заключить соглашение мы не могли по ряду причин, в том числе и потому, что бывший муж опасался ехать в Минск. Поэтому, ожидая решения, я постоянно писала в Минюст Эстонии о затягивании сроков и даже обращалась в парламент этой страны.
Вердикт, говорит Елена, обещали вынести 7 сентября — аккурат за три дня до пятилетия Даши. Но из-за того, что бывший муж Елены вовремя не предоставил информацию о том, кто именно привезет ребенка к границе — он сам или его дядя, — дату опять сдвинули.
— Не знаю, что конкретно сработало — мои обращения в Минюст или публикации в СМИ, но 11 сентября суд обязал вернуть дочку в Беларусь в течение двух недель. Честно говоря, я опасалась, что бывший супруг снова попытается затянуть процесс, и была сильно удивлена, когда 17 сентября около десяти вечера он написал: в субботу, 19-го, его родственник привезет Дашу на границу.
На следующее утро я сразу связалась с нашим Минюстом, отправила решение суда и написала заявление, чтобы пограничники пропустили дочку.
К 11 утра я уже стояла у границы с ее белорусским паспортом и сильно переживала. Через 40 минут позвонили пограничники и сказали: «Ребенок на нашей стороне» — и у меня буквально все отлегло. Мы обнялись и всю дорогу ехали в обнимку.
Дома Даша сразу побежала разворачивать подарки — ведь недавно у нее был день рождения, — а после сказала: «Мамочка, это мой самый лучший день рождения!»
По словам Елены, сегодня Даша уже пошла в детский сад.
— В воскресенье мы ездили в Минск: гуляли по городу, ходили в кафе с ежиками. Я хотела взять еще несколько дней отпуска, чтобы побыть дома вместе с дочкой, но она сказала: «Хочу к детям!».
Видимо, сильно соскучилась по живому общению. В садике детки ее сразу обступили и начали обнимать… Наверное, сказалась изоляция. Насколько я поняла, все два с половиной месяца она, кроме отца и его родственников, ни с кем больше не виделась.
Мне кажется, за время нашей разлуки Даша очень подросла и повзрослела. Скажется ли это похищение на ее психике — покажет время, надо наблюдать. Если потребуется, обязательно обратимся за помощью к детскому психологу.
Комментарии
З артыкула бачна, што гэта матчына ініцыятыва, разарваць і забыць, а ўчынак бацькі толькі пацьвярджае, што яму балюча, яму не ўсё роўна.